– Ну наконец-то весна, – нетерпеливо сказала Майя, открывая окно в задней части класса. – В этом году чё-то совсем поздно.
Ада и Артур присоединились к её любованию солнечным весенним утром.
– Весной особенный воздух, – вдумчиво произнесла Ада, сделав глубокий вдох. – Не знаю даже, как его описать. Он…
– Эй, Ада!
Они одновременно обернулись; Ева, уперев руки в бока, в торжествующей позе стояла в другом конце класса:
– Я догадалась, почему у вас первое место. Все знают, что вы у нас мажорчики. И все знают, что такое взятка.
Родители Ады и Артура действительно хорошо зарабатывали; у них была просторная квартира и деньги на ежегодные дорогие путешествия и поддержку увлечений близнецов: они купили Аде несколько гитар, а Артуру – профессиональный синтезатор. У близнецов даже была игровая приставка последнего поколения.
– Были бы «мажорчиками», не ходили бы в обычную школу, – спокойно сказала Ада.
– Ева, ничто так хорошо не показывает, что тебе завидно, как беспомощные разглагольствования про взятки, – утомлённый прибавила Майя.
– Мне – завидно? У меня первое место за лучший вокал! Так что у меня есть право говорить правду так, чтобы никто не заподозрил, что мне завидно.
– Правду? – невозмутимо переспросил Артур. – Хочешь говорить правду? Расскажи про свою бабушку.
– Зачем? – прошептала Ада ему на ухо. – Это чересчур.
Ева чуть не покраснела от негодования. Она распахнула наполнившиеся ненавистью глаза, скривила рот и села на место. Майе не понравилась её мгновенная капитуляция: у неё появилось плохое предчувствие.
***
– Эй, Майя!
Майя, Ада, Артур и Юна обернулись на Еву. Недавно закончился последний урок, и они торопились выйти на воздух.
– Ну, – ответила Майя.
– Поговорить надо, – Ева мотнула головой, предлагая пройти с ней.
– Мне не о чем с тобой говорить.
– С твоим братом связано.
У Майи разозлённо дёрнулось лицо: упоминание Макса Евой казалось ей осквернением его имени.
– Ну пошли поговорим. Подождёте во дворе? – бросила она друзьям.
Ева и Майя, не сговариваясь, пошли к той самой лестнице, которую все использовали для приватных разговоров. Они с шумом открыли дверь, увидели, что там никого не было, и поднялись на площадку между этажей.
– Ну, – Майя нарочито небрежно прислонилась плечом к стене; Ева встала напротив.
Майя никогда не замечала, что радужки Евы были светло-коричневого цвета. Более того, её глаза, оказывается, были немного раскосыми, что при сведённых бровях придавало её лицу особенно злое выражение.
– Я про вас что-то знаю, – сказала Ева.
– Про кого – про «вас»?
– Тебя с братом.
– И что ты знаешь? – с напускной рассеянностью уточнила Майя, водя ленивым взглядом по стенам.
– Что у вас инцест.
Майя насмешливо фыркнула.
– У тебя сегодня день тупых фантазий? – презрительно спросила она. – Весеннее обострение? С другой стороны, я пошла сюда, чтобы послушать, что ты ещё насочиняешь. Такого уровня я, конечно, не ожидала. Браво.
– Играй, играй, – брезгливо покивала Ева. – Я в сентябре подслушала, как он по телефону разговаривал. Сначала какую-то сопливую хрень говорил, а потом тебя по имени назвал.
– Мы часто говорим о сопливой хрени, – невозмутимо сказала Майя. – У нас в семье хорошие отношения. В отличие от.
– Короче, передай этим клоунам, что если они ещё раз упомянут мою бабушку, то их подружка станет всеобщим посмешищем! – взорвалась Ева.
– А давай представим, что они ещё раз упоминают твою бабушку. Что ты сделаешь? Будешь врать направо и налево, как обычно? «Волки»! Тебе никто не верит. И не поверит.
– Думаешь, у меня нет плана? Твой братик, знаешь, успел себя показать. Все знают про Лизу. Она ему скандал устраивает, а он ждёт её в подворотне и учиняет расправу.
– В эти слухи веришь только ты, – отмахнулась Майя, старательно сдерживая злость.
– Я сама успела узнать его. Он знает, что я слышала ваш телефонный разговор. Он заметил меня. С тех пор он смотрит на меня волком. Ты в курсе, что он угрожал мне за кулисами? Когда я к выходу готовилась?