Мать Евы отшатнулась. Её глаза показали, что от такого подробного монолога у неё на секунду возникли сомнения в том, что её дочь врала, но она подавила их. Было слышно, как Ада и Артур уверенно препирались со старшеклассником, но никто не обращал на них внимания.
– Как ты смеешь?.. Это моя мать! – гаркнула женщина и угрожающе пошла к ней. Подруга Евы побелела. Другая подруга только что пришла в класс и незаметно прокралась на своё место. – Я выясню, где ты была. И сделаю так, чтобы тебе туда путь был заказан. Где ночевала, а? У кого-то из этих двоих, да?! – она потыкала пальцем то на первую, то на вторую подругу; та, увидев, что всё-таки была замечена, испугалась не хуже первой. – Я знаю, где вы живёте, – грозно сказала мама Евы. – Я вечером дойду до каждой из вас, поговорю с вашими родителями и выясню, кто из вас укрывал её. Скажу, что если ещё раз такое случится, полицию вызову!
Майя медленно присела на стул. Она увидела, что одна из подруг Евы, вне себя от ужаса, открыла рот, чтобы что-то сказать.
– Она у меня ночевала! – разнёсся по кабинету звонкий голос Майи.
Мама Евы хищником развернулась и резко подошла к ней. Майя смело глядела ей в глаза.
– Так, – мама Евы строго поджала губы. – Твоё имя.
– Не скажу.
– Не дерзи мне. Твоё имя.
– Не скажу. Я не обязана говорить своё имя незнакомым.
– Телефон матери, живо.
Майя сделала лицо «ещё чего?».
Помертвевшая от страха Юна, минуту назад пришедшая в класс и бесшумно пробравшаяся на своё место, боролась между желанием не шевелиться и не обращать на себя внимание и побуждением помочь своим храбрым друзьям. Пометавшись, она сорвалась с места и побежала к входу: Ада и Артур всё ещё пытались выгнать докучливого старшеклассника.
– Сказано, не снимай! – подняла голос Юна, приблизившись к ним. Её сердце чуть не остановилось от ужаса: она до смерти боялась открытых конфликтов.
– Таких ты подружек завела? – обернулась к Еве мама. – Я найду на тебя управу, – сказала она Майе. – В учительской мне всё расскажут: и кто ты, и кто твои родители, и где ты живёшь.
– Бон вояж, – со смачной бесцеремонностью ответила Майя.
– Так, это что здесь такое вообще? – послышался голос учительницы; следом за ней прозвенел звонок. – На урок не опоздаешь? – она смерила вредного старшеклассника взглядом; тот мгновенно ретировался.
Мама Евы пронеслась мимо неё, хлопнув дверью. Учительница не стала задавать вопросов: она знала, кто это был.
– Так, по местам все! Звонок не слышали?
***
До большого перерыва Майя, Ада, Артур и Юна не обсуждали произошедшее. К обеду, однако, тема назрела до такой степени, что казалась осязаемой.
– А если она… мама Евы… правда в учительской была? – испуганно спросила Юна.
– Ей там по-любому ничего не сказали, – уверенно сказала Майя, жуя салат. – Это личная информация. Бешеной бабе её тем более не выдадут.
– Но вдруг?..
– Поверь мне, если она позвонит моей маме или папе, ничего страшного не будет. Я расскажу им, как есть: они будут на моей стороне. Мама у меня всегда была за то, чтобы отстаивать себя, а папа – за справедливость.
– А зачем ты это сделала? – спросил Артур: он вынашивал этот вопрос с первого урока. – Она твой рюкзак в окно запулила.
– И что ты хочешь сказать? – Ада свела брови. – Что она должна была получить по заслугам?
– Типа того, да…
– А зачем ты тогда побежал мне помогать? – спрашивала Ада. – Пусть бы тот снял всё на видео, разослал бы всем, разошлось бы сарафанной почтой. Получила бы по заслугам.