– Я тебе нравлюсь?.. – тихо спросила Майя.
– Да.
– Давно?
– Давно.
– Ой.
– Почему «ой»? – полушёпотом спросил Артур.
– Просто я… не знала.
– Я прекрасно знаю, что я тебе не нравлюсь и…
– С чего ты взял?
Сердце Артура воспрянуло с такой мощью, что перед его глазами заметались красные точки.
– Если бы я нравился тебе хоть чуть-чуть, ты бы не целовала меня постоянно в щёки и не говорила «я люблю тебя»… Это дружеские жесты.
– А, ты в этом плане…
Качели остановились. Сердце Артура сделало яростный прыжок и перестало ощущаться в груди. Надежда оказалась ложной.
– Слушай… Ты мне всегда нравился, но…
– Как друг?
– Да, но. Когда ты рассказал мне, что девушка предложила тебе встречаться, я…
– Я отказался, потому что хочу встречаться только с тобой, – перебил он.
Из четырёх выдуманных Майей вариантов остались последние два.
Артур думал, что его нервы лопнут от тишины. Качели снова заскрипели.
– Когда ты рассказал мне, что девушка предложила тебе встречаться, – негромко и осторожно повторила Майя, – я тогда впервые подумала, что никогда не смотрела на тебя… так.
– И?
– Мне показалось, что если я посмотрю, то что-то сломается.
– Что сломается?.. – отнимающимся языком спросил Артур. Ему хотелось убежать и перестать пытать себя.
– Наша дружба. Она мне важна, как воздух просто. Мы трое для меня – это почти всё.
– Хм.
– А Ада… знает, что ты здесь? Зачем ты здесь?
– Знает.
Артур задумался, перебрав свои прошлые причины не признаваться Майе. Он вспомнил, как хорошо им было вдвоём: как они веселились на катке, как он развлекал её игрой на своём домашнем пианино, даже как обедал с ней в молле, косясь на её жуткого брата.
– Я тебя понял. Я тоже думал, что если… предложу тебе, то всё испорчу.
– Почему сразу «испорчу»?
Хлипкая надежда в очередной раз поманила Артура к себе.
– Потому что я знаю, что это… бессмысленно.
– Почему бессмысленно?
– Майя, если ты сейчас не можешь сказать «да», то ничего не говори, хорошо? – на одном дыхании выложил он.
Неверная надежда растворилась в воздухе: Майя промолчала.
– Я специально выбрал сегодня, чтобы у тебя было время подумать. Три недели – достаточный срок. Тридцать первого мы не увидимся, потому что мы весь день будем распаковываться, но вот первого… первого всё и скажешь. В школе.
– Но…
– Ничего не говори, ладно?! – Артур испуганно вскочил с качелей. – Если ты точно знаешь, что скажешь «нет», и точно знаешь, что не передумаешь, скажи это первого!
– Но…
– Дай мне три недели надежды, – Артур выставил ладони, защищаясь от её ответа. – Хотя бы это! Всё, мы закончили.
Он на нетвёрдых ногах заспешил домой.
Скрип качелей затухал. Вчера Майя была счастлива их бурному радостному дню: они носились по пляжу, играли во фрисби, купались, лепили фигуры из песка, устраивали пикник. Сегодня ей было грустно оттого, что она не увидит их целых три недели. Она взбодрилась, прочитав предложение Артура встретиться на детской площадке. А сейчас…
Ада знала, куда ушёл Артур. Наверняка Ада знала и про его симпатию к Майе: эти двое были близнецами – иногда они словно читали мысли друг друга. Ада будет ждать ответа Майи с не меньшим волнением, чем Артур: на кону стояла их бесценная тройная дружба.
Качели замолкли. Майя встала со скамейки и пошла домой.
Решения. Август
Они пришли с долгой прогулки с собаками и сидели у Алекса на кухне. Он разливал по кружкам ароматный чай с тимьяном.