— Леди Линетт, у вас найдется минутка?
— О, мисс Тряпочертик, наверняка найдется. Чем могу помочь?
— Не будет ли с моей стороны ужасной наглостью задать вам прямой вопрос?
— Ну, это определенно будет противоречить тому, чему тебя до сих пор учили. Мы еще не прошли манипуляцию беседы с помощью провокационной дипломатии. Но на сей раз я допущу неуместный вопрос.
Софрония набрала в грудь воздуха и спросила:
— Какое точно обучение ждет меня здесь?
Леди Линетт принялась накручивать белокурый локон на палец.
— Сбор сведений и возвращение предметов, конечно. Однако, по большей части, тебе придется оттачивать мастерство.
— Мастерство какого толка?
— Ну, то, что требуется отточить, дорогая.
Софрония переминалась с ноги на ногу. Когда на лбу леди Линетт обозначилась морщинка, Софрония замерла и сказала:
— А, видите ли, не то чтобы я не ведаю об оказанной мне чести, хотя у меня и нет связей, как у других, однако…
— Продолжайте…
— Я не уверена, что смогу это делать.
— Делать что, дорогая?
— Хладнокровно убивать.
Леди Линетт сощурила васильковые глаза.
— Ах, да, но откуда тебе знать, пока ты не попыталась?
— Я полагаю, что это правда.
— Кроме того, тебе не придется заниматься этим в лоб, стоя лицом к лицу. Всегда есть яд. И многие наши выпускницы никого и пальцем не тронули. Все будет зависеть от обстоятельств, когда ты нас покинешь. Всегда. Для тех, кто выходит замуж, путь отличается от того, что выпадает тем, кто не заводит семью.
— Если вы не против, то не могли бы ответить, леди Линетт, как вы узнали обо мне, чтобы выбрать в ученицы?
— Ах, теперь, дорогая, это часть твоей учебы. Ты достигнешь нужного уровня понимания, если умудришься определить правду своими силами.
Леди Линетт отвела взгляд.
Софрония хотела было упомянуть о прототипе, однако она соображала, когда ей дают понять, что разговор окончен. И отвесила реверанс.
— Спасибо, миледи.
Леди Линетт поморщилась.
— Мисс Тряпочертик, позанимайтесь лишнее время после уроков с профессором Светлякоупом. Мы обязаны что — то сделать с этими вашими реверансами, дорогая.
— Но у меня лишние упражнения в хлопании ресницами, еще нужно решить математические задачи на тему как заказать стрихнин и ягненка на обед при ограниченном бюджете, прочесть три главы по этикету при дворе, накрахмалить носовой платок да еще выучить кадриль!
— Никто не говорил, что обучаться этикету и шпионажу легко, дорогая.
В конце третьей недели после ужина воспитанниц со всей школы вместо вечерних уроков собрали на одной из нижних палуб. Когда громоздкий корабль стал медленно снижаться к зеленому морю вересковых пустошей, воцарился дух возбужденного предвкушения. Наконец корабль завис так низко, что почти коснулся земли.
«А я считала, он не приземляется», — подумала Софрония.
Она тщательно прятала свои опасения: из того малого, что ей довелось увидеть в котельной, определить, что школа может приземляться, не удалось.
Девочки гурьбой спустились в накопительный отсек, где их ожидала стеклянная платформа. Тем не менее ею не воспользовались. Демонстрируя вампирскую силу, с некоторым смущенным почтением, профессор Свелякоуп отодвинул тяжелую платформу в сторону, открыв большое отверстие в днище корабля.
Первыми пошли старшеклассницы: уселись на краю люка, болтая ногами, и просто спрыгнули на траву. Большинство приземлились, грациозно согнув колени, как в глубоком реверансе. Одна или две прыгнули вперед и вскочили на ноги, как им показывала леди Линетт.
«В мои лучшие дни на сцене», — говорила она.
Софрония, Моник и Шиак спрыгнули вниз без промедления, а вот другие дебютантки и близко не соглашались добровольно подвергнуть себя испытанию. Агату и Димити даже пришлось вытолкнуть.
Софрония не спускала глаз с Моник на тот случай, если прототип еще имелся при ней, и она собиралась его припрятать в кустах или среди камней. Ведь все в первый раз за несколько недель очутились на твердой земле. Но Моник, по своему обыкновению, оставалась примерной ученицей, окружив себя стайкой элегантных старшеклассниц и не выказывая никаких уловок, помимо тех, что обычно требовались на уроках.
Внизу, ожидая их, стоял капитан Ниалл. Возбужденной хихикающей толпой вокруг него собрались девочки.