Я вошла под руку с Дженни. Леди Арабелла осталась у входа — сегодня она была не сопровождающей, а просто гостьей.
— Развлекайся, — шепнула она. — Но не теряй головы.
— Постараюсь.
Мы смешались с толпой. Я сразу потеряла Дженни — она отошла к колонне, где стоял кто-то в зелёном плаще.
Может быть, Сайлас? — подумала я. Но не стала проверять.
Музыка играла вальс. Пары кружились, и я чувствовала, как воздух наполняется магией — не заклинаний, а ожидания.
Ко мне подошёл мужчина в золотистом камзоле и чёрной полумаске. Он был высок, строен, двигался плавно, как танцовщик. На руках — белые перчатки.
— Леди, позволите пригласить вас на танец? — его голос был низким, спокойным.
— Позволяю, — ответила я, подавая руку.
Он повёл меня в круг. Мы танцевали вальс — медленный, тягучий. Он держал меня за талию ровно, по этикету, не приближаясь лишнего. Пахло от него можжевельником и сухим деревом.
— Вы хорошо танцуете, — сказала я.
— Я много практиковался.
— Вы кого-то ждёте на этом балу?
— Да. Я жду ту, что решит мою судьбу.
Я хотела спросить, кто он, но не стала. Маскарад потому и маскарад, чтобы не знать.
Музыка стихла. Он поклонился, я сделала реверанс.
— Спасибо за танец, — сказал он.
— Спасибо вам.
Он отошёл, и я подумала, что это мог быть Кассиан. Но не была уверена.
Через минуту рядом оказался другой. В чёрном камзоле с серебряными заклёпками, в маске из чёрного бархата. Он был ниже первого, но шире в плечах. Двигался резко, не плавно — как воин.
— Танцуем? — спросил он, не дожидаясь разрешения.
— Танцуем.
Он взял меня за руку — через перчатку, но пальцы его были горячими. Мы закружились быстрее, чем в первом танце. Он вёл властно, почти грубо, но я не сопротивлялась.
— Вы не боитесь? — спросил он.
— Чего?
— Меня.
— А стоит?
Он усмехнулся, но промолчал.
Пахло от него дымом, кожей и вином. Я догадалась, кто это. Но не сказала.
— Вы кого-то ищете? — спросила я.
— Я нашёл. Давно. Но не знаю, найдёт ли она когда-нибудь.
Танец закончился. Он поклонился — не низко, как требовал этикет, а как солдат перед командиром.
— Берегите себя, — сказал он.
— Вы тоже.
Он отошёл в толпу, и я выдохнула.
Третий появился из тени. В зелёном камзоле, без украшений, с маской из тонкой кожи, закрывавшей только глаза. Он двигался бесшумно, как зверь.
— Вы устали? — спросил он, и его голос был тихим, спокойным.
— Немного, — честно ответила я.
— Тогда просто постоим. Не обязательно танцевать.
Он взял меня за руку — мягко, почти невесомо — и повёл к окну. От него пахло лесом, мятой и влажной землёй.
— Вы не похожи на других, — сказала я.
— Чем?
— Вы не требуете. Вы просто… понимаете, я бы даже сказала — читаете меня.
— Это моя природа. Ждать и надеяться. Видеть то, что не могут увидеть другие.
Мы стояли у окна, глядя на сад, где луна серебрила листья.
— Вы кого-то ждёте? — спросила я.
Глава 31. Рагнар
Прошло два дня после бала-маскарада. Я всё ещё носила в памяти танцы, шёпот, фейерверк и троих мужчин, смотревших на меня с надеждой. Леди Арабелла не торопила с выбором, но я чувствовала, как время давит.
— Ты должна решить до конца недели, — сказала она утром, подавая мне чашку чая. — Королева ждёт.
— Я знаю.
— Что ты чувствуешь?
— Не знаю. Я люблю их всех, но по-разному. Кассиана жалко, Сайласа уважаю, Рагнара… — я замолчала.
— Что Рагнар?
— Он заставляет меня чувствовать себя живой.
Наставница ничего не ответила, только кивнула.
Дженни сидела у окна, перебирая сухие травы. Она была тихой, задумчивой, и я заметила, как её взгляд иногда уходит в сад.
— Дженни, вы в порядке? — спросила я.
— Да, леди Элисса. Просто… думаю.
— О чём?
Она не ответила, только улыбнулась уголками губ.
Я не стала допытываться. В последнее время, она стала загадочной и задумчивой.
Вечером того же дня, когда я сидела в гостиной с книгой, в дверь постучали. Стук был резким, нетерпеливым — не как у придворных, а как у солдата, привыкшего бить в ворота. Леди Арабелла отложила вязание, поднялась, поправила платье.
— Кого там принесло в такой час? — проворчала она, направляясь к двери.
Я услышала, как щёлкнул замок, потом — голос Рагнара:
— Мне нужно видеть леди Элиссу. Срочно.
— Лорд Вулкан, уже поздно. И потом, правила этикета…