Я отвела глаза.
— Арабелла, — спросила я, — а обязательно приглашать того, кто смотрит как хищник?
— Обязательно, если он в списке претендентов. Не трусь. Это всего лишь танец.
Я сделала глубокий вдох и направилась к колонне.
Но по дороге меня перехватил лорд в зелёном камзоле — тот, с янтарными глазами.
— Леди Элисса, — он поклонился низко, почти до земли, — позвольте представиться. Лорд Сайлас Греймур. Я не в вашем списке на первый танец, но очень надеюсь, что вы не откажете мне во втором.
Я растерялась.
— Но порядок танцев…
— Я знаю. Лорд Вулкан должен быть следующим. Но я прошу всего лишь минуту. Выслушайте меня.
Леди Арабелла кашлянула сзади — предупреждение.
— Говорите, — разрешила я. — Но быстро.
— Я не умею говорить красиво, — сказал он, и его янтарные глаза стали серьёзными. — Я просто хочу сказать, что буду ждать. Хоть весь вечер. Хоть весь сезон. Вы достойны того, чтобы за вас боролись.
Он снова поклонился и отошёл, оставив меня с открытым ртом.
— Арабелла, — прошептала я, — что это было?
— Ухаживание, — сухо ответила наставница. — Очень неуклюжее, но искреннее. Не теряй голову. Иди танцуй с драконом.
Я кивнула и пошла к чёрной колонне.
Лорд Рагнар Вулкан уже ждал.
Глава 4. Танец с пепельным драконом
Лорд Рагнар Вулкан не ждал, пока я подойду. Он сделал два шага навстречу и оказался так близко, что я почувствовала жар его тела даже сквозь корсет.
— Леди Элисса, — произнёс он, и его голос прозвучал ниже, чем у принца, хрипловато, будто он только что проснулся. — Наконец-то.
Он не поклонился. Вместо этого он протянул руку — без перчатки. Широкую ладонь с длинными пальцами, на одном из которых тускло блестел массивный серебряный перстень.
Я замешкалась.
— Лорд Вулкан, этикет требует…
— Этикет требует, чтобы леди не оставалась с мужчиной дольше трёх вдохов. — Он усмехнулся. — Мы уже потратили два на пустые разговоры. Решайтесь.
Леди Арабелла сзади зашипела, но я уже вложила свою руку в его.
Это было запрещено. Скандал. Принудительная помолвка.
Но он уже вёл меня в круг, и музыка заиграла, и я поняла, что обратного пути нет.
— Вы сошли с ума, — прошептала я. — Если кто-то увидит…
— Увидят. — Он не понижал голоса. — И что? Пусть завидуют.
Его рука легла на мою талию не через ткань, а прямо на бархат платья, сжимая так, что я чувствовала каждую костяшку. Мы начали танцевать — резко, быстро, не в ритм вальса, а как-то по-своему.
— Вы не танцуете, — выдохнула я. — Вы… дерётесь.
— Я военный, леди Элисса. Я умею только драться и любить. Всё остальное — лицемерие.
Он крутанул меня, и юбка взметнулась, открывая лодыжки. Я вскрикнула, но он тут же притянул меня обратно, почти вплотную.
— Не бойтесь. Я не уроню.
— Я боюсь не упасть. Я боюсь, что нас выставят из зала.
— Не выставят. Я дракон. Мне можно чуть больше, чем другим.
Я подняла глаза и встретила его взгляд. Тёмно-серые глаза с красноватым отливом смотрели на меня так, будто я была единственной женщиной в этом зале.
— Зачем вы это делаете? — спросила я тихо.
— Что именно?
— Нарушаете правила. Рискуете моей репутацией.
— Потому что правила придумали трусы. А я не трус.
Он снова повернул меня, и на секунду я увидела в отражении зеркал, как мы выглядим со стороны: черноволосый мужчина в чёрном и девушка в тёмно-синем, кружащиеся быстрее всех, не как придворные — как стихия.
— Вы пахнете ландышем, — сказал он неожиданно. — И мокрым мхом.
— Это духи.
— Я знаю. Я запомню их навсегда.
Он произнёс это так буднично, будто говорил о погоде, но моё сердце пропустило удар.
— Лорд Вулкан…
— Зовите меня Рагнар. Когда мы наедине.
— Мы не наедине. Вокруг сотня человек.
— Для меня они пустое место.
Танец заканчивался. Он замедлил шаг, и мы закружились почти невесомо, как листья на ветру.
— Я не буду просить у вас разрешения на следующий танец, — сказал он, наклоняясь к моему уху. — Я просто приду и возьму вас. Потому что вы мне нравитесь, леди Элисса. И вы это знаете.
Музыка стихла.
Он отпустил меня, но не сделал шага назад — замер, глядя сверху вниз.
— Спасибо за танец, — выдавила я, чувствуя, как горят щёки.
— Не благодарите. Это я должен благодарить вас.
Он развернулся и ушёл, не поклонившись, не попрощавшись. Просто растворился в толпе, как тень.