- Здравствуйте, - строю из себя приличную.
- Значит с нами теперь, да?
- Получается, что так, - отвечаю, а сама кошусь на "братика", нарезающего по просьбе тетки хлеб.
Пока сидим за ужином, я по очереди осматриваю всех членов этой семейки и… завидую. Очень и очень завидую. Они - команда. Они - целое, единое.
У нас с мамой не так. И осознание этой правды колкими иголками ранит меня. Я не знала, что бывает вот так. Дружно и весело. За общим столом. Все вместе. Обычно я ужинаю одна. А мама появляется очень поздно и обычно перехватившая в каком-нибудь рестике.
После ужина меня, Тасю и Ромашку тетя Света просит настроить полив в теплицах. "Братик" уходит первым. Как обычно, угрюмый и серьезный, точно академик.
Пока эти двое открывают краны, я стою поодаль, наблюдая за, в основном, Ромашкой. За его руками, и поджатыми губами. Парень делает все ловко и умело. А когда проходит мимо меня с укоризной кидает:
- Помогла бы Таське, чем на меня пялить.
- Это неинтересно, - фыркаю в ответ.
Вовсе мне его слова не обидны. Подумаешь...
- А за мной смотреть интересно? - бросает следом, колит синими глазами.
Красивый. И взрослый такой. Не по годам. Понимаю эту Милку. Куда уж там Белову.
Ромашка идет в соседнюю теплицу, пока Тася кряхтит в цветах. И я, конечно, топаю за ним.
- За тобой интересно. Вот скажи, почему ты такой грубый, хмурый и грустный все время? Школа позади, в универ поступил, все дела. Что у тебя с лицом? Как будто лимонов обожрался.
Ромашка не отвечает. Делает свое дело, пока я наблюдаю за процессом.
Вечером все устраиваются снова за общим столом и раскладывают «Монополию». Тут меня клинит окончательно. Играть с ними я не соглашаюсь. Устраиваюсь в кресле с телефоном. Переписываюсь с подругами. И с Канашиным из класса. Это мой... не знаю кто даже. Просто клеится, а я не уступаю. Вот кто.
Уже лежа на диване, когда луна светит прямо в открытое окно, а ветер колышет занавеску, спрашиваю у Таськи.
- Завтра суббота. В клуб пойдем?
Та отрывается от своей книги.
- Нет, Маш. Я не могу.
- Почему? Блииин, - стону в ответ, а сама за реакцией наблюдаю. - Неужели все вечера за «Монополией» провести придется...
- Мама не отпустит. Только если Ромку попросить, с нами пойти.
Вот это вообще другой разговор.
- А он пойдет?
- Неа, наверное, - Тася кусает губу.
- Значит уговорим, - утвердительно сообщаю. - А ты бы хотела?
Таська вздыхает, откладывает книгу и плюхается головой на подушку.
- Хотела. Но боюсь.
- Со мной не бойся, поняла?
- Поняла, - та косится в мою сторону и робко улыбается своим железным ртом.
Канашин
Мила
.
Глава 4
Olivia Rodrigo - Brutal
И как они живут без кондеев в такую жару! Я привыкла спать, чтобы температура воздуха была не выше восемнадцати градусов. Здесь же все двадцать два или даже больше.
Ворочаюсь, одеяло скинула, а Таська сопит блаженно. Даже завидно.
Поэтому утром просыпаюсь разбитой, злой и вредной. Вот прямо максимально не в духе.
- Маш, чувствуешь? - Тася в блаженстве закатывает глаза, пока я пытаюсь вернуться в реальность. - Мама пирог испекла. Мой любимый. С курочкой, зеленью и сыром.
Запах и, правда, ничего себе такой. Вкусный. Но пироги утром? Перебор.
- Мучное - это зло, - выдаю в ответ, и пытаюсь вслепую нашарить свой халатик.
- Ага, - усмехается Тася, собирая свои красивые, яркие волосы в очередную гульку. - Это ты сейчас так говоришь, а вот попробуешь, и сама все поймешь.