Шаркающие, скрипящие сланцами шаги приближаются, а мы все никак не можем выйти из состояния, когда так и тянет снова наброситься и продолжить то, чем только что занимались.
- О, Ромка, а ты чего тут?
Парень отмирает первым, вытирает тыльной стороной ладони губы.
- Тебя, алкоголичку, пришел проверить, пока от родителей не влетело, - Рома принимает невозмутимый вид. - А потом решил вот помочь. Маше.
Я замираю. Он меня первый раз по имени назвал.
- Это хорошо, - вздыхает подошедшая к нам сестра. - Маш, че мокрая то?
Я инстинктивно ежусь, когда кожу обдает порывом ветра.
- В бассейне купалась. Освежиться решила после того, как впахивала тут за двоих.
- Прямо в шортах? - выгибает бровь, а потом строит виноватую моську. - Ну, прости. Мне уже лучше, так что я тоже в деле.
- Да, мы сделали уже все, - бурчит парень и удаляется в сторону дома.
Так тянет посмотреть во след. Но я не могу себе позволить. Зато Таська может. Она кидает взгляд на его спину и пожимает плечами, типа не всекает, отчего он разозлился.
- Так я не поняла, ты на лесопилку не поедешь что ли сегодня больше? - вдогонку кричит Таська.
Тот лишь мотает головой в ответ
- Че с ним? - спрашивает у меня сестра.
И что ей сказать? Что мы тут минуту назад в засос поцеловались? И сами не поняли зачем?
- Устал, наверное, - выдаю первое, что приходит на ум.
Мне тошно, мне плохо, мне стыдно. Я прячусь в нашей с Тасей комнате, прикрываясь усталостью после отработанной трудовой повинности. Я виню себя, что поддалась. Я виню Ромку за... все. За то, что нравится, за то, что мог бы, как парень, который все-таки взрослее, не допустить подобного между нами. Все вокруг виню. Даже Тасю. Потому что, если бы она не ушла и не бросила меня одну. Виню маму, которая сплавила меня сюда.
И что теперь делать, ума не приложу? Как вести себя? Будто ничего не произошло или, наоборот? Спросить у Ромы, что это вообще было и к чему это все? И обязательно предупредить - больше такого не повторится. Потому что он, хоть и приемный, но все же сын тети Светы. Моей тети. Он, как бы часть семьи. И я тоже часть этой семьи. И мы, вот две такие части не можем мутить.
И даже если замутим, то все закончится с последним днем лета. А потом у меня школа, у него университет. Разная жизнь. Разное все!
А потом случается то, что вообще не в тему сейчас. Прикатывает Белов. Собственной персоной, блин.
Сначала я на него злюсь, а потом думаю - может, это тот самый выход из данной щекотливой ситуации?
- И ты пойдешь к нему? - интересуется Таська, выглядывая в окно.
- Ну, а что? Не дожидаться же, пока его твой брат увидит или родители?
- Наверное, - вздыхает сестра. - Чему ему надо от тебя? Он же по Милке сохнет. Реально сохнет. А ты просто... не знаю, может, чтобы она приревновала, побесилась? Тогда капец, Маш. Она же не отвяжется от нас. Гадости делать начнет.
- Не начнет, - успокаиваю Таську. Хотя сама не уверена, что не начнет. Потому что уже начала.
Быстро переодеваюсь в бордовый спортивный топ и велосипедки из того же комплекта, подкрашиваю глаза, распускаю мокрые волосы, быстро расчесываю, подсушиваю и и наспех ныряя в кроксы выхожу.
- И? - складываю руки на груди и вопросительно зарюсь на Матвея.
А он принарядился. Белая футболочка, черные фисташкового оттенка широкием шорты по колено, найки. Обычненько, но на запястье серебристый тяжелый браслет, часы, цепочка с кулоном. Короче, детали решают все.
- Вот лично приехал извиниться за вчерашнее, - с ухмылкой отвечает пацан. Игриво так зырит. - Дуешься?
- Просто не вижу смысла. Если ты решил с моей помощью вызвать ревность у своей Милы, то со мной это не прокатит, ясно?
- Че за бред? - хмыкает Белов, делая шаг навстречу. - Просто ты мне нравишься, честно. Тебе, наверное, про меня рыжуха наплела всякого, но это фигня полная.
- Ну, допустим, хотя я не верю, - задираю подбородок, щурясь на Матвея. - И что дальше?
- А дальше, - парень снижает голос, типа самец, завлекающий самочку, - поехали, я у бати ключи от катера выцепил. Не бойся только, он меня еще в четырнадцать им управлять научил. Места красивые покажу.