- Ты здесь вообще не при чем, - успокаивает ее Рома.
И я с ним соглашаюсь, но все же скользкий червячок зудит в голове "могла бы остановить, могла, могла...".
Ромка спускается первым, пока мчусь следом.
- Теть Оль, - начинает, пока мама пышет яростью.
- Никаких теть Оль, ясно? Никаких! Я все поняла.
- Мам, перестань орать, - прошу ее.
- А как мне быть? Может, благословить вас? Что молчите? Машка собирайся, мы уезжаем. Прямо сейчас!
- Нет, - испуганно мотаю головой.
Ромка берет меня за руку и, буквально, заслоняет от матери.
- Вы никуда ее не повезете. Давайте спокойно поговорим.
- Будешь мне еще указывать? А, ну, отойди от моей дочери. Как ты вообще посмел? Ты... Слов нет даже!
- Что за крики? - появляется тетя Света с пакетами в обоих руках.
И мне невыносимо стыдно! Мы так маму ждали, а она...
Родительница резко разворачивается к тете и упирается руками в бока?
- Ты знала?
- О чем? - недоумевает тетя Света.
- Об этих двоих! - мама тыкает на нас пальцем, повышая децибелы. - Лежали вдвоем в обнимку, как... Два голубка, черт возьми! Знала или нет?
Тетя Света мимолетом скользит по нам с Ромкой сокрушенным взглядом. Выдыхает и обращается к маме.
- Оль, давай поговорим. Пойдем.
- Никуда я не пойду! Чего вы все мне предлагаете поговорить? Не хочу я с вами говорить. И видеть тоже! - мама брезгливо морщится, глядя на тетю. - Значит знала? Какая мерзость, Светка. Вот уж не ожидала.
- Мне нравится ваша дочь, и я здесь не вижу ничего мерзкого, - вступается Ромка. - Мы не родные по крови.
- Замолчи! - визжит на него мама. - Машка, а, ну быстро шмотки собирай. Жду тебя в машине. А вас никого больше не хочу даже видеть. Родственнички...
Тетя Света останавливает маму за руку.
- А что ты предлагаешь? Чтобы они по углам от меня прятались. Как бы я им запретила?
- Запретила, и все! – кричит в ответ мама.
- Как? Как? Оля! Как будто не понимаешь, что это бесполезно.
Мама фыркает и уходит, грохнув дверью. На меня обрушивается поток слез, как лавина.
Ромка тут же сжимает в объятиях.
- Не отпущу, успокойся. Мы все решим.
- Сынок, нет, - Тетя Света подходит и сжимает плечо сына. - Пусть едут. Оля успокоится. Сейчас она на взводе. Нужно всем остыть.
- Я не хочу с ней, - пищу, утыкаясь в шею парня.
- Значит не поедешь, - шепчет Рома.
- Сынок, - тетя мягко отталкивает меня, подбираясь к Ромке. Обхватывает лицо сына ладонями, - сейчас нельзя. Не встревай. Сделаешь только хуже для Маши. Не усугубляй. Мы все решим. Обещаю.
- Я не могу ее отпустить, мам.
- Нужно, - снова приказывает тетя. - Вы скоро встретитесь. К тому моменту мы все решим.
Я смотрю на тетю загнанным взглядом.
- Теть Свет, пожалуйста.
- Маша, сейчас так надо. Послушайся мать и собирайся.
- Почему вы не заступитесь?
- Потому что она ничего сейчас не поймет, - тетя Света гладит меня по голове. - Не плач, зайчик. Все будет хорошо. Оля перебесится, и мы с ней обязательно поговорим. А с Ромой вы увидитесь совсем скоро. Ведь он приедет заселяться в общежитие.
Таська, рыдая, помогает собирать мои вещи. Ромка просто стоит в углу комнаты, не спуская с меня напряженного взгляда. Тетя Света уходит к машине, где меня ждет мать.
А я с остервенением бросаю вещи в чемоданы, то и дело шмыгая носом и вытирая злые слезы.
Но в какой-то момент Ромка подходит и обнимает меня со спины. Сжимая руки на моем животе.
Водит носом по моим волосам и шепчет, шепчет, шепчет...
Шепчет о том, что мы скоро все равно будем вместе, и никто нам не помешает.
- Я люблю тебя, - признается Ромка, прежде чем я покидаю дом, который стал мне таким родным
Смотрю на него со всем отчаянием, гложущим мое сердце. Это первое признание. Настолько личное. И в такое неуместное время. Но другого у нас нет.