«Шма» содержит один стих из Писания, который, возможно, все евреи в мире знают наизусть или по крайней мере часто слышали: «Слушай, Израиль, Г-сподь, Б-г наш, Г-сподь един» (Второзаконие, 6:4).
Верующий еврей каждый день произносит этот стих поутру и перед сном, сопровождая его тремя связанными с ним стихами Торы. У евреев —это первая фраза ребенка, и она должна быть последней фразой человека в жизни.
По этому поводу мне хочется рассказать об одном событии в моей жизни. Меня всегда удивляло: неужели действительно человек может в свой смертный час вспомнить и прочесть «Символ веры»? И вот однажды во время тайфуна в Тихом океане меня чуть не смыло с корабельной палубы; и я очень ясно помню, что в те короткие секунды, когда волна волокла меня в море, я подумал: «Не забыть бы прочесть „Шма“ перед тем, как пойти ко дну!» К счастью, я успел вовремя ухватиться за какой-то трос или поручень, что отсрочило тот час, когда мне суждено в последний раз прочесть эту молитву. И вот результат: в мире появилось еще несколько романов и пьес, без которых он мог бы отлично обойтись, и терпеливый читатель следит за ходом моих рассуждений. Я уверен, что есть два-три литературных критика, которые, дойдя до этих строк, пожалеют, что мне так и не довелось тогда прочесть в море «Шма», но тут уж я ничего не могу поделать: каждый человек держится, пока может.
«Служба» — это чрезвычайно древняя молитва из восемнадцати благословений. Девятнадцатое благословение было добавлено уже во времена Талмуда. В шабат и по праздникам читается лишь семь благословений, однако именно восемнадцать благословений составляют в глазах евреев канонический полный текст молитвы. Чтобы провести службу в соответствии с храмовыми традициями, существуют три формы «Шмоне Эсре»: утренняя, дневная и вечерняя.
Обязательно ли молиться на иврите?
Первый трактат Талмуда «Благословения» указывает, когда и как читать «Шма» и «Шмоне Эсре», а затем рассказывает о других молитвах. Древность «Символа веры» и «Службы» видна хотя бы из того, что Талмуд говорит о них как о чем-то само собой понятном.
В трактате «Берахот» содержатся указания, что следует благодарить Создателя за все блага мира, а также какие молитвы следует читать при получении плохих вестей. Но больше всего поражает современного читателя то, что Талмуд разрешает молиться по-английски — точнее говоря, на любом языке, которым владеет молящийся. Несмотря на традицию, которая отстаивает еврейскую литургию, мы молились во все времена на разных языках: по-гречески, по-арамейски, по-латыни, по-египетски, по-арабски, по-испански, по-французски, по-турецки, по-немецки, по-польски или по-русски. Однако же еврейские общины все же избирали для богослужения язык Писания. И в Соединенных Штатах, даже в реформистском и консервативном движениях, литургия становится с каждым годом все более еврейской.
В настоящее время есть печатные переводы еврейской литургии. В прежние времена, когда иврит был гораздо менее распространен, в каждой синагоге был специальный служитель, так называемый метургеман, или переводчик, который строчку за строчкой выкрикивал на местном языке текст Торы. В некоторых сефардийских молитвенниках и сейчас вы можете найти подстрочный испанский перевод молитв. И тем не менее наш народ продолжал молиться на иврите. Я думаю, так будет всегда. У языка есть свой дух. Некоторые слова переводятся хорошо и легко, другие непереводимы. Пьесы Мольера совершенны только по-французски. Не зная арабского языка, невозможно полностью понять Коран. Пушкин до сих пор принадлежит в основном русской культуре, хотя Толстого принял весь мир. Вообще говоря, легче всего переводятся произведения наименее типичные по своей национальной принадлежности.
Танах звучит выразительно и сильно на всех языках, однако ни для кого он не звучит так, как для евреев. Вторая скрижаль Десяти Заповедей в буквальном переводе с иврита звучит так: «Не убивай, не развратничай, не воруй, не лги, не желай ничьей жены, ничьего дома, ничьего скота, ничего из того, что он имеет…». По-английски это режет слух. В восприятии англичанина или американца религия есть нечто возвышенное и торжественное — это, так сказать, Кентерберийский собор, а не маленькая синагога. Поэтому приподнятое «не убий», «не укради» — гораздо вернее. Для еврея же религия — это нечто интимное, близкое, домашнее.
Наша литургия — по крайней мере ее классическая часть — написана таким же простым языком, как и Тора. Поэтому не существует адекватного перевода еврейского молитвенника. Англиканская библия — неисчерпаемый источник великолепных переводов псалмов и других отрывков из Писания. И все-таки в переводе с иврита на английский совершенно меняется стилистическая окраска. Переводчики используют лексику англиканской библии — все эти архаизмы, вроде «изрек», «сей», «по сему», «пребывает», «око» и тому подобное, — тон и настроение наших молитв почти совершенно исчезают. Иной раз люди жалуются, что когда они читают молитвы по-английски, им кажется, что они в христианской церкви. Это верная реакция. В этот момент они как бы приобщаются не к еврейской, а к английской культуре.