правился в сторону кладбища… * * * Еще до того как открыть глаза Оля осознала себя лежащей на чем-то твердом и, холодном. Осторожно открыла глаза. Она лежала на тонком матрасе, в небольшом, помещении с низким потолком. В углу, на жестком проводе торчала маленькая лампочка. Воздух был спертый, холодный и влажный. Оля попыталась сесть, но вместо этого всего лишь застонала. Голова кружилась и болела так, словно она выпила по минимуму граммов триста водки! Она вытянула в сторону руку и наткнулась на что-то теплое и мягкое. Оля сделала еще одну попытку сесть. На этот раз ей это удалось. Рядом с ней, лежала Татьяна, но, о Боже!!! В чем это, она была!? Оля расширившимися глазами смотрела на лежащую подругу, вернее не на Татьяну, а на то, что было на ней одето. Татьяна лежала в пышном белом, подвенечном платье. Сказать, что Ольга была удивлена, значит солгать. Ольга была изумлена, шокирована. Всё еще не веря своим глазам, Ольга осмотрела себя. Всё тот же джинсовый рабочий комбинезон, на коленях испачканный землей и травой, кроссовки. В волосах Татьяны, сверкала большая, инкрустированная прозрачными камешками, заколка. — Тань, — Ольга тронула подругу за плечо. Та не шевельнулась. — Таня, — позвала Ольга громче. — Никакой реакции. Ольга в страхе, дрожащей рукой коснулась сонной артерии девушки, ожидая, наткнутся на холодное тело, но под мягкой и теплой кожей, ощутимо бился пульс. — Таня, — Оля потрясла девушку за плечо. Та чуть заметно повела головой. — Танечка, — взволнованно шептала Ольга, тряся Таню. — М-м-м. — наконец подала голос лежащая девушка. — Ну, Слава Богу, Таня, ты жива, — в голосе Ольги послышалось облегчение. Татьяна открыла глаза. — Оля!? — слабо воскликнула она. — Я, а ты кого ждала? — Где я? — она еще не пришла в себя. — Там же где и я. — Ольга огляделась: это был какой-то погреб или, скорее подвал. Яма примерно 3 на 2 метра, стены бетонные со следами опалубок, потолок и пол — тоже. На потолке, в углу, был квадратный закрытый досками люк, примерно метр на метр, в противоположном люку углу, круглая отдушина. В том же углу, на полу стояло пластмассовое ведро с крышкой, и рядом с ним на куске газеты стояла бутылка с водой. Всё. — Где мы? — вновь, и на этот раз уже испуганно спросила Татьяна. — Не имею понятия. — Проронила Ольга, обхватывая руками голову. — М-м-м — простонала Оля, раскачиваясь из стороны в сторону. — Что с тобой? — встревожено и, удивленно спросила Таня. — Голова, м-м-м, как больно — ответила Ольга. Татьяна тоже села и только теперь заметила, что на ней надето. — Оль! — удивленным голосом позвала подругу Татьяна. — М? — всё еще сжимая голову, отозвалась Ольга. — Оль, в чём это я!!? — Не знаю — бросила Ольга, чувствуя как, внезапная боль, сковавшая её голову, постепенно утихает. — Когда я переоделась в ЭТО!? — она продолжала с удивлением оглядывать себя. — А я, знаю!? — боль отпустила так же внезапно, как и появилась, Ольга снова могла думать. — Но я, не помню… — проговорила Татьяна — Не помню, как я переодевалась! — Она вдруг испуганно начала озираться. — Где мы!? — в голосе было больше удивления чем, страха. — Похоже, в погребе. — В погребе!? Но, как… — она осеклась на полуслове. — М-м-м — застонала она, так же как и Оля, хватаясь за голову, и повалилась набок. — Таня, — испуганно позвала Ольга. — О-о-о! — стонала девушка. — Таня, Таня, — Ольга провела рукой по её волосам. — Ах, как болит! — наконец, выдавила Татьяна, когда боль видимо, отпустила её, немного. — От чего это? — удивленно спрашивала Татьяна, подругу, вновь поднимаясь. — Полегче? — Ольга взяла Татьяну за плечо. — Вроде, — тяжело вздыхая, ответила Татьяна. Ольга поднялась на ноги. Высота потолка была не более двух метров, Ольга легко достала его поднятой рукой. На потолке, бетон был заметно суше чем, на стенах и полу. Ольга поежилась. — Холодно и душно. Точно погреб! — Как мы здесь оказались? — Понятия не имею, — Ольга потрогала пальцами доски, которыми был закрыт погреб. Толкнула. Попыталась приподнять. Безуспешно. — Оль, а почему я в… почему я так одета? — Тань, ну откуда же мне знать! — Ольга чувствовала, как её начинает душить ком в горле. Она сделала несколько глубоких вдохов. Стало чуть легче. Татьяна тоже встала на ноги. Подол пышной юбки подвенечного платья доставал до самого пола. — Это кто же меня переодел!? — удивленно спросила сама себя Татьяна. Ольга пожала плечами. — Хорошо хоть бельё у меня было новое — похоже, Татьяна уже окончательно пришла в себя. Только её могло интересовать в такую минуту, какое было на ней белье. — Ты вроде еще выше стала, — удивленно посмотрела на подругу Ольга. — Да!? — Татьяна, нагнула голову и приподняла юбку. На ней были белые туфли-лодочки, на очень высоком каблуке. — Оп-па! — изумленно воскликнула Татьяна. — Ни фига себе, сюрпризик! — Стой-ка! — вдруг насторожилась Татьяна, словно прислушиваясь к чему то. — Что, Тань? — Шёпотом спросила Ольга. — У меня… — она не договорила, оттянула декольте платья и заглянула внутрь. — Оль!! А где мой л… — Татьяна не договорила и начала поднимать подол платья выше и выше. — Да-а-а! — удивленно протянула Ольга, увидев, что под платьем подруги. — Дела! — На Татьяне были совсем другие — белые чулки и такой же белый кружевной поясок к ним. И белые гипюровые трусики. На которых спереди проступило небольшое красное пятно. — Оль! — Татьяна выпустила из рук юбку и та с тихим шелестом опустилась, скрывая худые, но стройные ноги Татьяны. — Оль. — М? — Ольга удивленно смотрела на подругу в подвенечном платье, так не вписывающим в интерьер (вернее, его отсутствие) помещения в котором они находились. — Оль, у меня такое чувство… — Татьяна замялась. — Что — Тань? — Оль, понимаешь, у меня… такое чувство… — Да что с тобой! Какое чувство? — беря подругу за руку и заглядывая в её глаза, спросила Ольга. — Такое чувство что… что, мной, … ПОПОЛЬЗОВАЛИСЬ!!!! — последнее слово Татьяна истерично выкрикнула. — Что!? — Глаза Ольги округлились. Татьяна, ни слова не говоря больше, вновь полезла под платье. — Тань, — позвала Оля. Татьяна показала руку Ольге, кончики пальцев были в крови. Её, правда было немного и очень светлая, но это была КРОВЬ! — Тань? — Удивленно глядя на подругу, спросила Ольга — у тебя, что… — Нет. Оль это, не… — севшим голосом, рассеяно продолжала подруга. — Боже, Тань, так ты что… — Ольга закончила красноречивым взглядом — ты была!?… — Татьяна, глядя в глаза подруге круглыми, наполняющимися слезами глазами, тихо, как стон, проговорила: — Кто это… кто эта тварь!!? — В следующую секунду, Ольга все поняла. Она стала судорожно ощупывать себя, прислушиваясь к своим ощущениям. Вроде — все нормально. У Ольги вырвался непроизвольный выдох облегчения. Татьяна отвернулась от Ольги и принялась стучать сжатой в кулачок кистью в деревянную крышку погреба. — Откройте, кто вы!? Что вам от нас нужно? Зачем закрыли нас здесь? И вдруг, Татьяна резко обернулась. — Тимофей! — Что!? — Тимофей. Это он! — Глаза Татьяны бегали. — Тимофей, гад! Он… он меня изнасиловал!!! — Татьяна вновь отвернулась, скрипя зубами, со злостью процедила: — Ну, урод! Ну, он… да мой отец… — Татьяна захлебнулась злостью. — Думаешь, это он? — спросила Ольга, вновь беря руку подруги. Холодные, тонкие пальцы дрожали. — А кто же еще!? — в глазах Татьяны стояли слезы, её начинала бить дрожь, похоже, у неё вот-вот случится истерика. — Тань, успокойся, — попыталась утешить подругу Ольга. — Оль, он, меня… — слезы покатились по щекам Татьяны. — С чего ты взяла, что это именно он? Ведь тетя Клава сказала… — Тетя Клава сказала!? — перебила подругу Таня — а кто же тогда, дед Кондрат!? Призрак Пахомыча? Кто!? — лицо Тани стало жестоким — Ну, молись, Тимофей, чтобы тебя убили сразу… — Тише, — Ольга положила руку на плечо Татьяне. — Чтобы ему отомстить, нужно отсюда выбраться. Живыми. — Татьяна распахнула глаза, словно только что поняла, в какую переделку они влипли. — Жи… живыми!? — заикаясь, переспросила Таня. — Ольга не ответила, лишь покивала головой, глядя в глаза подруге. Девушки опустились на матрас. Татьяна заплакала, уткнувшись лицом в волосы Ольги, её плечи вздрагивали от сдерживаемых рыданий. Ольга протянула руку, взяла бутылку, отвинтила пробку и понюхала. Жидкость ничем не пахла. Это была просто вода. — Попей, Тань — Ольга поднесла бутылку к губам подруги. — Что это? — равнодушно спросила Татьяна, всё еще сдерживая всхлипывания. — Вода. — Вода? — Татьяна неуверенно взяла бутылку. Она сделала пару глотков и вернула бутылку Ольге. — Почему это произошло именно с нами? — спросила Татьяна, когда немного успокоилась. Ольга промолчала. Где-то в глубине души, она не верила что это Тимофей. Он конечно, неприятный тип, алкоголик, от таких всего можно ждать, но… как-то не вязался его образ с образом насильника, Ольга сомневалась, что это его рук дело. Девушки так и сидели, прислонившись друг к другу. Таня уже не плакала, лишь всхлипывала иногда. Глаза Оли перестали блестеть, страх в её глазах сменился усталостью. — Я хотела — вдруг прошептала Татьяна, это было откровение — думала: Владик станет моим первым мужчиной, — она всхлипнула. Ольга обняла подругу за плечи. — Теперь понятно, почему ты так вспылила, когда я девочкой тебя назвала, прости, я же не знала, думала вы с Владиком уже давно… — Ольга замолчала. — А ты? — вдруг спросила Татьяна. — Ольга криво усмехнулась. — И я.