Он даже не сразу понял, что впереди всё отчётливее раздается гул.
Огромная поляна встретила гостей песнями, шумом разговоров, а ещё разноцветными переливами шатров и палаток. И посередине этого всего возвышался большой костёр, вокруг которого стояли, сидели, даже лежали люди, облачённые в такие костюмы, что Саша даже удивился. Один нелепее другого, сделанные буквально на коленке.
Но Ларину почему-то не хотелось над ними смеяться. Наоборот, казалось, будто ему это даже…близко?
Он и сам удивился таким мыслям, но удивление это быстро прошло.
- Я один раз была на Грушинском фестивале. - негромко сказала Новикова, приблизившись к Саше. - Это было давно. Я тогда ещё в «Огоньке» работала. Там вот чем-то похоже.
- Я не был на Грушинском. – так же тихо сказал ей Саша, наклонившись к уху. – Наверное весело там?
- Ну так… - девушка помахала рукой, а потом призналась. – Честно сказать он больше запомнился почти что состоявшейся из-за меня дракой между Ваней и Ильёй. Илья – это редактор в «Огоньке». Неприятный тип. Они с Иваном постоянно что-то придумывали, чтобы мне понравиться.
Новикова прикусила язык, бросив на Сашу взгляд. А Ларин не смог сдержаться и, расплывшись в немного хитрой улыбочке, спросил:
- Я дико звиняюсь, вокруг тебя всегда странные парни крутятся?
На этот раз уже журналистка усмехнулась и, мимолётом оглядев Сашу, ответила:
- О да, недостатка в странных парнях в жизни не наблюдается.
Ларин улыбнулся и кивнул, признавая, что она его уделала.
Но он и не огорчился, ведь Александра практически поставила его в один ряд с парнями, которые за ней ухаживали.
Это было классно.
Саша и Никита Максимович преступили к работе.
А Ларин не знал, что ему делать. Он так был обрадован тем, что проведёт целый день рядом с Новиковой, что только сейчас понял: у журналистки свои занятия, своя работа.
А Саша оказался без дела.
Ну не таскаться же ему всё время рядом с ней, и мешаться, как чемодан без ручки.
Ларин без особого энтузиазма ходил среди волшебников, эльфов и гномов. Он всё больше начинал чувствовать себя здесь не в своей тарелке.
- Александр Андреевич?
Саша огляделся по сторонам и не понял, кто его звал. Правда, тут же из толпы вынырнул….Ларин так и не понял кто это – орк, гном, рыцарь? На нём была картонная броня, обклеенная фольгой. Шлем был тоже из фольги и с пером. Нет, всё-таки рыцарь.
Он стащил с себя шлем, и Саша обалдел.
- Артём, вот так встреча!
Молодой продавец стоял и радостно улыбался.
- Я вас сразу узнал! Думал, что показалось! А вы тут что делаете? – он огляделся по сторонам. – Вы с Леной?
- С какой ещё Леной? – удивился Саша.
- Ну, с нашей. С которой встречаетесь.
Ларин не сразу понял, что только что услышал.
- Чего?! – он аж остолбенел. – С кем я встречаюсь?
- С Леной. – уже не так уверенно начал продавец. – Измайловой…
Саша смотрел на парня, а потом спросил:
- Лена здесь?
- Да! Мы договорились встретиться. Но я её пока не нашёл…
- Подожди, - Саша решил всё прояснить. – А как вы вообще тут оказались?
Артём удивился.
- Так Александр Андреевич, ребята пригласили. Ну, те самые, что у нас в магазе…магазине книги покупают.
- Ясно. Так! А кто придумал, что мы с Еленой встречаемся?
- Ну… - Артём смутился. – Вообще, это я… то есть, предположил. Просто вы так неожиданно её взяли на работу, и она так активничает. Вот я и подумал.
Саша засмеялся, похлопав мальчишку по плечу.
- Мы с Леной отличные друзья! Именно друзья.
- Лена…
- Да, с Леной. – кивнул Саша.
- Нет, Александр Андреевич. Лена пришла.
Артём указал за спину Саши.
Ларин оглянулся и улыбнулся. По дороге шагала Измайлова, наряженная в довольно странный костюм. Он был чёрно-красных цветов, красивый, но какой-то не вписывающийся в общий антураж.
- Ого! Привет! Только не говори, что Артёмка и тебя затащил сюда!
- Привет. Я его не затаскивал…
Александр улыбнулся.
- Нет, я сам приехал, вместе с Сашей. Она интервью берёт, а я тут. Ну, как бы гуляю.
- Да, как это похоже на влюблённых – пока объект обожания занят делом, ты подстраиваешь под него свою жизнь…
- Чего?
- Да я шучу. – засмеялась девушка. – Саш, найди себе занятие, стихи вон послушай.
Артём, всё это время подозрительно смотревший на Лену, наконец не выдержал и спросил:
- А ты кто их героев?
- Я Йеннифэр.
- Кто?! – удивился Артём. – Она же не из Толкина!
- Да мне пофиг, мне персонаж нравится.
- Как можно сравнивать Толкина и этого польского графомана?!
- Эй, Сапковский шикарен!
Артём фыркнул и сказал:
- Сенкевич – вот единственный нормальный польский писатель! Александр Андреевич, докажите!