Парень понял, что мальчик явно знал, куда бежать. Он резко свернул буквально под носом у Ларина в подворотню, и побежал быстро-быстро вперёд.
Саша всё-таки его догнал бы, но в этот момент из-за угла выскочила Новикова и схватила закричавшего мальчонку за шею.
- Отпусти, дура! Отпусти!
Ларин оказался рядом и крепко зафиксировал воротник в руке.
Мальчишка, грязный, в какой-то рванине, рыпался, пытался освободиться.
- Саша, а ты работаешь на опережение. – усмехнулся Ларин, немного отдышавшись.
- Опыт…журналистский… - тоже переводя дыхание сказала Новикова. Затем строго обратилась к воришке. – Не ты один знаешь здешние улицы!
Она тряхнула его, правда довольно осторождно.
- Если бы знала, то поймала раньше. – огрызнулся мальчик. – Бить будете?
Саши переглянулись.
- Есть такое желание. – усмехнулся Ларин, но поймав обеспокоенный взгляд девушки, подмигнул ей.
- Ну ладно. – мальчик отпустил сумку. – Но детей бить – нарушение закона.
- Да ты что?! – от такой наглости Ларин даже засмеялся. – И кто про закон тут мне сейчас говорить будет?
Мальчик пожал плечами.
- Тебя как звать? – спросила Новикова, отпуская воротник преступника и поднимая сумку.
Первым делом она вернула часы Саше.
- Ничего не пропало.
- Конечно. Я же не успел толкнуть товар. – снисходительно усмехнулся мальчик.
Ларин, надевая часы на руку, сказал:
- Вот что, марафонец, я тебя бить не буду, но до дома проведём и сдадим на руки родителям…
- Долго провожать будете. – насупился юный вор. – Не найдёте их.
- А где они? – удивилась Саша.
Мальчик пожал плечами, а потом сказал:
- А кто их знает. Где-то.
Ларин и Новикова переглянулись.
- Так ты беспризорный. – догадалась девушка.
Мальчишка снова пожал плечами и поводил рукой в воздухе.
- Можно и так сказать.
- И что нам с тобой делать? – Саша скрестил руки, глядя на мальчика.
Тот снова пожал плечами.
- Есть предложение. – почесав нос, усмехнулся Ларин. – Давай мы тебя накормим, напоим, а ты воровать у нас больше ничего не будешь?
- И вообще не будешь. – поспешила сказать Александра.
Мальчик их оценивающе оглядел и ответил:
- За вообще не ручаюсь, а вас, так уж и быть, обворовывать больше не буду.
- Ну спасибо хоть на этом. – засмеялась журналистка.
- Меня Кирилл зовут. – вдруг сказал мальчик.
- Саша.
- Саша…
Они переглянулись и улыбнулись.
Мальчик посмотрел на них удивлённо:
- Что не смогли себе подходящую пару с другим именем найти?
- В каком смысле…А, да нет, мы не …. – Новикова замолчала, понимая, что сейчас оправдывается перед семилетним мальчиком. А Саша просто засмеялся.
- Пошли, рецидивист.
***
Кирилл лопал булки и пил чай, а Новикова и Ларин сидели рядом и смотрели с грустью на мальчика. Девушка в один момент даже поправила ему куртку, негромко вздохнув.
Саша задумался на миг, как такой вот маленький мальчик выживает на этих улочках. И кем надо быть, чтобы его одного оставить…
("Осенняя мелодия" - Татьяна Рузавина и Сергей Таюшев)
Грустно всё это.
Он отвлёкся и взглянул на Кирилла, который деловито спрятал две ватрушки в карман, а потом вдруг кивнул на телевизор, стоящий в кафе.
- А я знаю, где они спрятаны.
- Что? – только сейчас молодые люди обратили внимание, что на экране показывали какого-то милицейского начальника по фамилии Петренко, который говорил, что из фондов Эрмитажа похищено несколько картин, а на их поиски брошены лучшие кадры правоохранительных органов.
Друзья вновь посмотрели на мальчика.
- Ты знаешь, где спрятаны картины? – осторожно уточнила девушка, бросив взгляд на заинтересованного Сашу.
- Угу. – мальчик отхлебнул чай. – Здесь недалеко. Пешком минут двадцать. Хотите себе заберите. Мне они не нужны, а вам пригодятся…
Ларин поднял от удивления брови.
- Это я так с вами расплачусь за обед и ужин. – пояснил воришка.
- Подожди, ты не шутишь?
Кирилл посмотрел на парня и вздохнув, покачал головой:
- Нет, Саша, не шучу. Картины сам видел.
- Покажешь нам? – попросила Новикова.
- Да, пошли. Только…
- Что? – в голос спросили молодые люди.
Мальчик явно смутился.
- Можно мне ещё пирожок с повидлом.
***
Удивительно, как совсем недалеко от центра города, где блистает Невский и вечно скачет медный всадник, можно погрузиться в совершенно иной мир, стоит лишь знать, где свернуть.
Красота парадного Питера уходит, как по щелчку пальцев, а на её месте вырастает…Да так и хочется сказать, что вырастает убогость и разруха, но такие слова не подходят Северной Пальмире, даже если отражают истинный смысл.