Он закрыл глаза и прислонился лбом к холодному стеклу. Оно обжигало. Саша не поворачивался.
Боялся.
Очень сильно боялся!
Ну почему она молчит!
Ларин резко развернулся и не смог сдержать улыбки.
Судьба снова прикольнулась над ним.
Саша Новикова крепко спала, даже не допив чай.
***
Кирилл смотрел в окно, то и дело указывая на проносящийся за ним пейзаж.
- А это Москва?
("Острова" - Владимир Пресняков)
Ларин и Новикова улыбались и говорили, что до Москвы ещё полтора часа. Мальчик вздыхал, слезал, пил чай, но потом снова устраивался около окна.
Саша позвонил с утра маме и более подробно объяснил ситуацию. Она передала трубку папе, и Ларину пришлось всё объяснять по новой.
Папа, правда, всё понял быстро и сказал, что проблему решит, только дайте ему час.
Через час он позвонил в гостиницу и попросил позвать Сашу.
- Всё в порядке. Подходите к своему вагону и ждите. Фамилию только назовите.
Когда они подъехали, то около вагона стояла не только проводница, но и лично начальник поезда. Увидев молодых людей с ребёнком на руках (Кирилл который просыпался за ночь, сейчас крепко сопел на руках у Саши), начальник лично провёл их вне очереди и выделил целое купе, без соседей.
- Я всё думаю, куда его устроить, пока твой папа документы готовит в Суворовское? – Саша улыбнулась, глядя на мальчика. – Я взяла бы к себе, но с моей работой…
- У меня пусть тусуется. – махнул рукой Ларин. – Я маме про это сказал, она согласна выделить комнату.
Девушка радостно воскликнула:
- Это замечательно! Прямо от сердца отлегло!
Она обняла мальчика, спросив:
- Ты не проголодался?
- Немного. – он кивнул и улыбнулся.
- Давай покушаем?
Саша встал и вышел из купе.
На него нахлынули такие эмоции!
Этот мальчонка, Александра, которая возится с ним, вчерашнее неудачное признание!
Он прислонился лбом к стеклу, чувствуя перестукивание колёс.
(«Дорога» - ЛЮБЭ)
- Домой. Скоро буду дома…
Стало хорошо, а мысли о том, что рядом Александра и что они сделали невероятно благородное дело и вовсе согрели душу.
***
Москва встречала дождём.
Кирилл, когда узнал, что подъезжают, буквально прилип к стеклу.
О Москве он знал только, что там есть Кремль и очень хотел его увидеть в окно.
Такси поймали быстро и, загрузив вещи, сразу поехали домой.
Саша смотрел на знакомые пейзажи, проспекты, и сердце пело.
Он дома!
Вот и высотка, вот и подъезд.
Он вытащил вещи, пока Александра и Кирилл бежали до входа, чтобы не намокнуть.
Лифт. Знакомый холл.
Знакомые двери.
Они были не заперты, и молодые люди вместе с мальчиком вошли в квартиру.
- С приездом!
Мама вышла из кухни и всплеснула руками.
- А кто это с вами такой?
Кирилл немного взволнованно посмотрел на Александру, а потом перевёл взгляд на актрису.
- Я Кирилл.
Она подошла к нему, села напротив и вдруг обняла.
- Ну, а я Лена. Здравствуй, Кирюша. Добро пожаловать домой.
Позвони мне, позвони!
В Девяностые никто понятия не имел о сотовых, об Интернет и других способах общения. Лишь телефоны, обычные, стационарные, да письма. И порой, чтобы связаться с близким и дорогим человеком, приходилось рассчитывать только на домашние телефонные аппараты.
- Набираем, набираем обороты! – смеялся в трубку Саша, глядя на статистику продаж и изданных книг. – Спасибо тебе, Юузо!
- О чём речь, Александр! Мы хорошо поднялись. – засмеялся финн.
Прошло две недели после поездки Ларина в Питер и последующими за этим событиями.
И за эти две недели произошло столько всего!
Во-первых, Саша почти сразу позвонил господину Мякинену и напомнил тому про их знакомство.
Юузо оказался очень порядочным человеком и тут же выразил желание начать работать с Сашей.
Это было неожиданно.
Однако, как оказалось, финн навёл справки по каким-то своим каналам об издательстве и книжных магазинах и поэтому был уверен в надёжности будущего делового партнёра.
Через неделю Ларину снова пришлось побывать в Питере. Правда, на этот раз он воспользовался самолётом.
Да и Новиковой рядом не было.
Переговоры деловые прошли дружелюбно, бизнес-партнёры даже успели немного погулять по городу.
Теперь книги издательства «Спутник» уходили не только в российские книжные магазины, но и в Финляндию.
А это несколько иной доход.
И доход этот не мог не радовать.
Саша положил трубку, попрощавшись с финном, и только собрался заварить кофе, как телефон снова запиликал.