Саша сел в кресло перед отцом и закрыл глаза.
Через пару секунд услышал чирканье спички, а потом по комнате поплыл запах сигарет.
- Идиот. Идиоты.
Отец это сказал не злясь, не крича. Он просто констатировал факт.
Саша открыл глаза и посмотрел на папу, стоящего у окна.
- Мы?
- И вы тоже.
- Извини, меня просто воспитали…
- Я тебя не воспитывал идиотом.
Саша замолчал. Он устало вздохнул.
Отец для всех авторитет. И для него тоже. Но сейчас Саше хотелось бунтовать, протестовать, хотелось вырваться из под гнёта этих стен и стеллажей, на которых покоятся тайны некогда великого государства под аббревиатурой СССР.
Саше Ларину это всё надоело!
- Ты меня вообще не воспитывал. Только иногда появлялся и дарил что-то.
Отец резко повернулся к нему. Саша опустил глаза.
- Избавь меня от этого бреда юного максималиста. Ты хоть понимаешь, что произошло сегодня ночью.
- Понимаю. Ты и тебе подобные убили свободу и демократию в нашей стране.
Повисла тишина. Саша уже решительно смотрел на папу, а тот курил и так же смотрел на сына.
- Мне подобные? – наконец спросил Ларин.
- Да. Вы стреляли в нас. Лёха ранен, всех арестовывают…А вы делаете вид, что чуть ли не в войне победили. Хотя воевали с собственным народом…
Саша не знает, чем бы закончился этот разговор.
Но тут в комнату вошла мама.
Нет, не вошла, а ворвалась.
Она буквально подлетела к мужу и на глазах поражённого Саши отвесила ему такую пощёчину, что Ларин-старший даже как-то охнул.
- Передай это своим дружкам в правительстве! За то, что стреляли в нашего сына!
Потом мама повернулась и второй раз ударила мужа по щеке.
- А это передай за тех, кого убили на улицах Москвы.
Она остановилась у Сашиного кресла и крикнула.
- А ты чтобы после десяти был каждый вечер дома!
Вытирая слёзы мама выскочила из кабинета.
Саша так и остался полуприподнявшись в кресле. А папа потирал щёки.
- Извини. – вдруг сказал Ларин-старший.
- Извини. – Саша наконец встал.
Они оба замолчали, взглянув друг на друга.
И оба отвернулись.
- Она права. – вдруг сказал папа. – Точнее, её можно понять. Я не знаю, что бы мы делали, если с тобой что-то случилось.
- И ты извини. – Ларин подошёл к отцу. – Это былооень глупо с моей стороны! Я не должен рисковать ни собой, ни Лёхой…Извинишь?
В тот раз отец его обнял. Они так и стояли двое взрослых мужчин, всё больше понимая, что пережили.
А потом оба просили извинения у мамы. И она снова плакала.
Но отец редко вспоминал это. Да и дома бывает редко. Очень редко.
А Саша так скучает по нему.
- Ты когда приедешь домой?
- Домой? Наверное через три недели.
- Так долго!– невольно воскликнул Саша. – Может пораньше получится?
На том конце повисла тишина, но потом раздался голос.
- Я постараюсь. Мама уже спит?
- Да. Разбудить?
- Нет, не надо. Передай привет.
Саша запоздало спросил.
- Папа, а ты чего звонил?
- Честно? Хотел услышать мамин голос. Но рад, что услышал твой. На связи, Александр, пока.
- Пока папа! Ты звони почаще.
- Хорошо.
Гудки обозначили конец разговора.
Саша немного растерянно посмотрел на телефон. Он ведь с отцом не виделся почти полгода! Было бы понятно, если родители в разводе или в другом городе, но чтобы так, не бывать дома, буквально ночевать на работе!
Саша вдруг решил, что он обязательно встретиться с папой и поговорит, как отец с сыном!
Ему так много надо рассказать!
Про магазин, про Аллочкиного парня, про поездку в Питер, про...Ларин снова нежно улыбнулся.
Про Сашу Новикову.
Второй ночной звонок - это уже слишком!
Саша, уверенный, что вновь звонит папа, схватил телефонную трубку и сказал.
- Да? Что случилось?
Голос Лёхи был совсем неожиданный. Он что-то орал в трубку.
А потом в ней раздался голос Лены.
- Саша, Саша, у нас пожар! Магазин горит!
Запах пожарища сам по себе противный, особенно когда это смесь обгорелой проводки, пластмассы и дерева.
Саша выдохнул, мечтая, чтобы с этим выдохом ушло всё остальное.
Ушёл чёрный обугленный остов здания, что когда-то было магазином.
Даже тот факт, что это был второй филиал, ещё не открывшийся, ничуть не успокаивал.
Саша стоял напротив пожарища и смотрел, как делают свою работу пожарные и милиция.
Вокруг здания бегал Лёха и матерился!
Лена и Митрич стояли и молча смотрели на него.
Сгорело не только здание, но и склад с книгами.
Саше сейчас совершенно не хотелось считать убытки. И так понятно, что они огромные.
Ларин повернулся к девушке и старику.