К тому времени, как он вышел из ванной, избавившись от неприятных последствий слишком образного мышления и напялив ненавистный костюм, Джоффри весь в зеленом и блестящем – ну чистый змееныш – королем выплыл из своих покоев, недовольно трогая подмазанные выщипанные брови. Тебе бы подсвечником в хрюсло, пакость. Зато было бы заметно, и привлекло больше внимания и интереса, чем напомаженные надутые губы…
Горничная было высунулась из кухни с кофе и плюшкой, но, заметив спускающегося по лестнице Джоффри, снова, как мышка, юркнула в коридорчик.
Клиган сам забрал у нее снедь и торопливо – а ну как Серсея опять начнет вопить – начал поглощать завтрак. Жрать и вправду хотелось здорово. А в гостинице он об этом даже не подумал. Как-то не до того было… Все-таки лишение девственности требует много сил… Хорошо бы, Пташка успела поесть – а то ведь тоже, небось, кроме этих своих сигарет и вина на дискотеке, ничего не употребляла…
- А, вот и ты, Пес! А где Санса? Мама сказала, она тоже с нами поедет…
- Я не знаю. Почему все у меня это спрашивают? Я что ей, сторож?
- Ну, вроде как да. Ты же за ней присматривал. Если я правильно понял. Думаю, надо уволить эту сухую няньку, что подтирает задницу Томмену и Мирцелле. Сестре уже не нужен присмотр, а на этого жирдяя отлично хватит тебя одного. Телохранитель – и бонна в одном лице – это же круто! Заодно и деньги сэкономим. Я скажу маме. Это отличная идея! – веселился Джоффри.
- Я вообще не думаю, что долго у вас задержусь. Так что на роль няньки придется найти кого-нибудь другого.
- А кто тебе позволит уйти, хотелось бы мне знать?
- Думаю, что, когда я решу свалить, позволение мне не понадобится. Я все же пока вам не раб.
- Я думал, у тебя есть какой-то контракт.
- Есть. Но контракт можно разорвать. Или порвать.
- А зачем тебе это, Пес? Чем тебе плохо у нас? Живешь на всем готовом, ничем не заморачиваешься. Нет, уходить тебе нельзя. Когда я женюсь – мне понадобится верный человек приглядывать за супругой. Ну, чтобы к ней никто не лез. Раз у тебя так хорошо выходит с Сансой – ты самая лучшая кандидатура… Будешь от нее кобелей гонять, пока я буду заниматься делами…
- А что, это уже решенное дело?
- Да, конечно. Она в меня влюблена, а мне – ну, она, в общем, ничего. Я думаю сделать ей грудь побольше. И чтобы волосы осветлила. А то это кошмар какой-то. А ты что скажешь? Как она тебе?
- Нормально. По-моему, она и так ничего.
- Ну да, ты скажешь. Это потому, что у тебя вкусы песьи, плебейские. У нее же совершенно шлюшьи волосы. Вульгарные. И худая она, как вешалка. Все висит, как на скелете. Впрочем, насколько она вешалка – я вскоре узнаю. Потом расскажу тебе, если хочешь. Надо же ее поздравить с днем рожденья…
- Что?
- Вот тупой, у нее же день рожденья. Завтра. Или нет, кажется, послезавтра. И я решил ее дефлорировать – в качестве подарка. Уверен, она будет рада. Ну, и вообще – должен же я узнать, на чем меня женят. Может, она какая-то не такая…Не хочется брать кота в мешке…Рыжего кота…
Джоффри заржал и двинулся к выходу. Сандор так и остался стоять в холле. Какого Иного? Не стоит тут стоять с такой рожей, ты, хороший лжец. Как славно… Еще одна тема для размышления… Ага, он будет размышлять в своей каморке, а Джоффри тем временем…
- Привет!
Боги, а вот и она. Новое платье – неужели старуха расстаралась? В нем она кажется еще взрослее. И еще соблазнительнее… Для Джоффри, - все для него…
Горничная принесла Пташке кофе и поднос с едой на заднюю веранду, и та поспешила позавтракать, подгоняемая Серсеиными понуканиями с улицы. Сандор в раздумье – идти туда или не стоит, все же решил не рисковать и вышел на улицу. Хозяйка критически оглядела его.
- Ну вот, так лучше. Но уж очень вид кислый. Опять ты вчера нажрался?
- Нет.
- Тогда с чего? Тошно смотреть на тебя. Впрочем, как и всегда. Не отходи далеко, сейчас уже поедем. Мирцелла, малышка, иди уже садись. Ты выпила таблетку от укачиванья? Нет, Томмен – это совсем не то, другой пиджак. Какая ты все же бестолочь, я же тебе дважды сказала…Мухой переодеваться!
Сандор мотался туда-сюда, с тоски закурил и вдруг обнаружил, что ноги сами принесли его к веранде. Пташка уже допивала кофе. Вокруг припухших (держи себя в руках) губ отпечатался след от сливочной пены, которой горничная щедро украсила напиток. Вот же наказание…
- Пташка, слышь, у тебя все хорошо? Ну – старуха, я вижу, дала тебе таки платье. Очень идет. А как твое самочувствие?
Она подошла и свесилась из раскрытого панорамного окна веранды. Рыжие волосы почти касались его лица… И вправду, духи… Или это она сама по себе пахнет так?
- Привет, моя радость. Все отлично. Просто замечательно…
- Не называй меня так, седьмое пекло. А вдруг кто услышит?
- А как мне тебя называть? Любимый?
- Да что ж такое. Все. Я ухожу. Будь внимательна. Потом надо поговорить.
- И еще кое-что надо. Поцелуй, ну маленький! Пожалуйста. Иначе я не выдержу дороги.
- Еще и шантаж, очень в твоём стиле. Никаких поцелуев. И не смотри так.
- Как так?
- Сама знаешь, не прикидывайся. Лучше оставь притворство до машины. И не садись рядом со мной. Сядь с Мирцеллой.
- Почему мне не садиться рядом с тобой? Что за вздор?
- Потому что могут догадаться. Ты такая вся…
- Нет, уж ты, пожалуйста, объясни мне. И вообще, поднимись сюда, а то я не стану с тобой разговаривать…
Сандор нехотя поднялся на веранду. Она тотчас повисла у него на шее.
- Да что ты делаешь, Иные тебя побери! Не висни на мне… Вообще не подходи…
- Как это? Почему? Никого же нет…
- Потому.
- Я не… Ой… Прости…
- Ничего. Но делай, как я сказал. Иначе никаких сил не хватит.
- Хорошо.
- Кстати, Джоффри думает, что ты в него влюблена. Может, имеет смысл ему подыграть…
- Джоффри думает – что?
- Что ты в него втюрилась. Поэтому будь предельно осторожна. Остальное – потом.
- Ты пугаешь меня.
- Хорошо. Возможно, так ты будешь осмотрительней себя вести… Думаю, мне имеет смысл вообще сесть спереди. Сейчас поговорю с хозяйкой. Выдержишь там одна?
- Ради тебя постараюсь.
- Ага. И ради себя тоже… Люблю тебя все же…
- И я… уже соскучилась… Ужасно, что вечером не сможем увидеться…
Сандор повернулся к ней, хотя уже почти сошел с крыльца…
- Что ты имеешь в виду?
- Ну… Оленна сказала… надо отдыхать…
- Вот старая ведьма! Но она, в сущности, права… Да и все равно – тут нельзя вообще даже разговаривать. А не только…
- Ну, можно было бы уйти куда-нибудь…
- В лес, что ли? Или на пляж – крабов кормить? Что может быть романтичнее песка в заднице…
- Ты дурак.
- Безусловно. Умный бы с тобой не связался на свою голову…
- Умный бы не стал убегать. И поцеловал бы…
- Хорошо, ну один раз.
Он настиг ее за один шаг. Он Пташки пахло кофе и этими ее духами – терпкими и сладкими… Просто погибель… (так, никаких рук) Он отстранился.
- Ну все, Серсея орет. Время. Веди себя примерно. И помни – ты влюблена в Джоффри.
- Нет, в тебя. Но я буду стараться…
- Пожалуйста уж…
Серсея бушевала у террасы. Томмен так и не надел нужный пиджак, напялив вместо этого спортивную куртку. Ей пришлось подниматься с ним и искать самой – а хозяйка была на пятидюймовых шпильках. Ох, не выйдет у него этот номер с машиной…
- Опять ты… Ну, что еще?
- Я… я хотел извиниться…
- За что?
- За вчерашнее… Очень голова болела с похмелья… Как и сейчас… Просто нет мочи…
- Ну и что?
Видно было, впрочем, что Серсея была польщена этим его жестом смирения… Что за глупая баба – это самодовольство начисто лишает ее разума…