— А что еще такое?
— А, ты не знаешь? Ну, откуда тебе, да… Я, как видишь, с корабля на бал. То есть, с похорон…
— С похорон? Чьих?
— Теперь ты официально получил отставку, думаю. Хозяин твой ушел в лучший мир. Или в свой уголок в преисподней…
— Роберт?
— Да. Четыре дня назад. Его-таки хватил удар…
— Седьмое пекло! И как это произошло?
— Ну как, как? У молодца был очередной запой, я так понял. И в разгаре он решил выяснить отношения с супругой. Поскандалили, похоже. Из-за твоей пассии, кстати — Серсея не распространялась особо, но из того, что она сказала, я вывел, что Роберт был на нее в сильной обиде. Хотел сам начать искать девчонку. Какая-то там гадость — что-то с Бейлишем — не люблю урода — он вправду, что ли, на ней женился? Это мне уже Джофф поведал. Ну и Роберт решил, что виновата во всем сестра — хотя, насколько мне известно, такой поворот событий в ее планы ну никак не входил. Она, конечно, тут же нашла Старк замену — у Джоффа теперь новая невеста — я тоже ходил на прием по случаю помолвки. Даже Тирион притащился. Милая девочка — хитрая такая, но милая. И семья у нее — тоже… Ммм. Особенно меня поразила старуха — вот уж кадр. Ее надо в кино снимать — то ли в качестве «крестной матери», то ли харизматичной колдуньи. Она даже меня умудрилась распушить на этом их приеме — даром что сама его и организовала…
— Да. Ну, а что Роберт?
— Ну я же и рассказываю, не гони лошадей. Может, в дом все-таки пойдем? Холодно…
— Нет уж, расскажи сперва.
— Какой ты негостеприимный, Пес, фу. Хрен с тобой. Здесь так здесь. У меня там дама в машине. Все же потом пойдем в дом.
— Дама?
— Да не Серсея, что ты так вздрогнул! Что вы ее все так боитесь? Она не столь страшна, как кажется. Нет, я вывез на природу своего продюсера. Мне нужен был убедительный аргумент — и я вижу, мы с тобой мыслим в похожем направлении. Что может быть лучше, чем такой райский уголок? Я и взял ключ прямо после похорон, благо никому он был не нужен… А ты как оказался при ключе, друг?
— А мне его дала сама хозяйка.
— Вот уж нетривиальный ум у моей сестрицы! Интересно, что за игру она ведет? Ну ты, ясный перец, не скажешь, хоть я тут перед тобой соловьем разливаюсь… Ну и хрен с тобой — меньше знаешь — крепче спишь. И да, возвращаясь к Роберту. Они поскандалили, поорали, по своему обыкновению. Он сцапал у Серсеи со стола эти ее папиросы — ты же в курсе, какой у них состав?
— Знаю, да.
— А вот Роберт не знал. И после нескольких затяжек ему стало худо. Врачи сказали — инсульт. Когда приехала скорая, он уже начал остывать. Дорого ему обошлась эта сигаретка…
— Вот, значит, оно как…
— Даа. Теперь сестрица вдовеет. Дети в расстройствах — особенно младшие. Серсея вся с головой ушла в дела — понимаешь же, после Роберта там шаром покати, неразбериха и долги. Хоть эта предстоящая свадьба может как-то их ситуацию поправить. От меня толку мало — я сам на мели. А Тирион не уверен, что вообще захочет с этим всем связываться. Они всю жизнь как кошка с собакой…
— И что теперь?
— А ничего. Я после похорон свинтил с этим Робертовым ключом. Все было очень чинно, проводили, похоронили, потом пожрали на поминках. Полгорода пришло — за чужой-то счет. Оплачивала, похоже, опять семья Джоффриной невесты. Братья Роберта даже не почесались — хоть оба и приперлись.
— Отличная история на ночь. А Бейлиш был на похоронах?
— Был, куда он денется. Мелькала его рожа. Правда, к Серсее он не приближался. И на поминки не пошел. Но ты мне скажи, ты что же, умыкнул чужую женушку?
— Выходит, что так.
— И как она?
— Что ты имеешь в виду?
— Ну, вообще. Девчонке здорово досталось. Не могу сказать, что сильно одобряю сестру. Хотя ее дела — это ее дела. Ты и сам знаешь — она на своих детях помешана. Ну и хотела, надо полагать, как лучше — и для Джоффа и для Старк. Да и лучше бы ей было не за Мизинца-то. Джоффри тоже не подарок — но Мизинец! Боги! Даже ты лучше, чем Мизинец!
— Ну, спасибо на добром слове.
— Ты с ней спишь?
— Что?
— Не прикидывайся. Джоффри там ядом плевался непрерывно. Сказал, что ты оприходовал девицу у них под носом. А ведь она малолетка! Не ожидал от тебя такого, если честно. Вот от Мизинца — вполне. Не мытьем, так катаньем. Или постой — может, у вас любовь? Такая противоестественная страсть — красавица и чудовище — прости — ничего личного — просто каков сюжетец! Хоть сейчас снимай фильм: сказочку для непослушных детей и скучающих домохозяек… Не ходите, дети, в лес, вернее на море, там вас отловит страшный Пес…
— Слушай, Ланнистер…
— Все, все, не буду. Я мыслю только как художник… Люби ее на здоровье — пока сил хватит — если она не против. Я вообще не заморачиваюсь условностями. И не отдавай Мизинцу — а то он такой говнюк…
— Этим я и занимаюсь.
— Ну и флаг тебе в руки. А все же дам надо бы в дом. А то холодает…
— В дом так в дом.
— Ну там места немного, но вы, я думаю, не прочь потесниться, а? Мы все равно ненадолго. Свою красавицу я только на сутки оторвал от ее праведных бизнес-дел. И теперь еще, небось, и недовольна будет.
— А что за красавица?
— Говорю же, продюсер она мой. Раскручиваю ее на один проект. Ну и… Она дама строгая, на кривой козе к ней не подъедешь. А мне кровь из носу нужно добро на новый фильм. Барышня упряма, как баран. Давай так — мы не мешаем вам — а вы нам, коли уж так получилось. Тащи сюда свою малютку — а то еще простудится там, под елкой отплясывая. А я уговорю мою даму выйти из машины…
— Машина, кстати, хороша. Форд?
— Да, Супер Шеф. Последнее мое безумство. Очень проходимый. На этих перевалах самое то. Не на кабриолете же было ехать… так что покупка кстати пришлась… Все, пошел вытаскивать свое сокровище из авто. Увидимся в доме…
Джейме откинул волосы с лица — опять поднялся ветер и теперь дул Сандору в спину — и пошел к своей новенькой машине. Сандор поплелся к елке, где топталась Пташка. Вид у нее был замерзший и какой-то отсутствующий, даже пугающий. И все же зачем Иные притащили сюда Ланнистера со своими новостями?
— Пойдём в дом. Ты совсем замерзла.
— Я не заметила. Я все думаю…
— Ты слышала?
— Да. Ветер дул в мою сторону, и все слова долетали, словно я стояла рядом с вами…
— Потом обсудим. Пошли. Гостей придется потерпеть. Гонца не казнят…
— Да, да.
— Ланнистер не один, он с женщиной. Слушай, Пташка, я, наверное, сегодня лягу в другой комнате… А то неудобно…
Девочка подняла на него глаза. В темноте было плохо видно, но Сандору не понравилось то, что он смог разглядеть. Знакомый до боли, безумный, отсутствующий взгляд. Она словно смотрела сквозь него.
— Да, как скажешь. Делай, как считаешь нужным… А они надолго?
— Вроде как до завтра. Мы же потерпим?
— Да, конечно. Мы потерпим.
— Тогда пошли. Пока ты в сосульку не превратилась.
Он легонько обнял ее за плечи и повёл к дому. Пташка шла, как кукла — и это тоже было не впервой. Ветер продолжал задувать в спину, бросая под ноги завихрения поземки, похожие на маленьких белых змеек…