— На север? Джон, зачем тебе на север?
Санса аж остановилась — так поразила ее эта новость.
— Да не сейчас. Весной. Но ваши дела требуют присмотра. А мне нужно практиковаться. До поступления в магистратуру я хочу хоть что-то привести в порядок и сам довести дело до ума. Нет, если ты против…
-Да ты что! Я очень рада. Но ты один туда едешь?
— Нет. Там будет папин адвокат. На первых порах. Присмотрит, типа, за мной. Джон криво усмехнулся, и Санса, вспомнив его эту манеру улыбаться: словно виновато — а глаза всегда остаются напряженными — вздрогнула от накатывающих эмоций. Нет, не сможет она держаться от всех в стороне. Они были слишком рядом, слишком близки к ней, чтобы это могло произойти. Это вам не в доме у Серсеи. В какую стеклянную банку она должна себя запрятать, чтобы никто не смог до нее достучаться? Абсурд… Санса горько вздохнула.
Они дошли до машины. У Рейегара был «корвет» кроваво-красного цвета, от которого Сансу всегда бросало в дрожь, но сегодня он приехал на машине жены — на светло сером минивэне, как и полагается отцу семейства.
Дядя бросил Джону ключи, после того как отключил сигнализацию, а сам, открыв дверцу — пропустил Сансу на заднее сиденье к окну и занялся пристёгиванием к креслу отчаянно вертевшегося Рикона.
Закончив с этим непростым занятием, дядя сел на переднее сидение рядом с Джоном, предоставив Сансе свободу молчания — по крайней мере без взглядов. Санса в душе была им обоим очень благодарна. Чтобы заполнить паузу, она спросила:
— А Арья где?
— В школе, вестимо. Она тоже хотела тебя встречать — ради такого случая рвалась за руль — и конечно прогулять занятия. Но мама не позволила.
— В школе? Что так долго?
— Да нет, сейчас она дома уже. Но мы выехали рано. А она обычно возвращается после четырех. У нее вечные там компьютерные дела. В школе она хоть свободна от присутствия Брана в сети. Они вечно друг за дружкой следят. И вместе — за всеми остальными. Этакий конгломерат двух шпионов. Очень они меня забавляют…
— А как Бран?
— Учится. Сейчас — на дому. Говорит, ему так комфортнее. Но в следующем году мы все вместе решили, что он таки проведет год в нормальной школе. Хотели в этом — но тут как-то не до того было…
Рейегар не поворачиваясь назад, бросил:
— Он очень талантлив — твой брат. Но порой — как вы все северяне — страшно упрям.
Он усмехнулся — Санса увидела его выражение лица в зеркале заднего вида и подумала, что он, верно, подумал о жене.
— Рейегар, я так рада — мне Джон сказал — что у вас ожидается прибавление!
Он перестал улыбаться и, как показалось Сансе, раздраженно посмотрел на сына, держащего руль двумя руками.
— Спасибо. Еще рано радоваться. Посмотрим. Врачи говорят — если первый триместр пройдет хорошо, вот тогда можно и расслабиться…
— Да все будет хорошо, дядя!
— Надеюсь. Спасибо тебе за участие. Тетя твоя очень счастлива — а я счастлив от всего, что дарит ей радость. Ну и вообще — Эйку и Рейелле пора перестать ходить в малышах. Да и тебе, Рикон, тоже. В следующем году тебе в школу.
— Ну, а я про что! — заявил довольный Рикон. — Я уже большой и ростом выше Эйка. А когда родится малыш, стану еще больше. И в школе положу всех, кто дразнит Брана.
— Брана дразнят?
— Да нет. Просто у него были… ммм… некоторые конфликты с парочкой местных «дедов, » что считали его слишком большим задавакой. — пояснил Джон, включая поворотник и перестраиваясь: они выехали на шоссе. — И потом, Рикон, ты же пойдешь в младшую школу и будешь вместе с Эйком и Рейеллой. А Бран и Арья в следующем году пойдут уже в старшие классы. Санса, не знаю. говорила ли тебе про это младшая сестра, но Бран идет по усиленной программе — он уже перепрыгнул год и таким образом оказался в одном классе вместе с Арьей.
— Да, она кажется про это упоминала. — рассеянно заметила Санса, глядя на то, как за окном начиналась метель. — Мне показалось, она не слишком-то довольна была этим фактом.
— Ну еще бы! — засмеялся Джон. — У них там такая конкуренция — боги упаси. Мой тебе совет: ты туда не лезь — а то не отвяжешься. Мы вообще не встреваем.
— Да ну их. И не подумаю. Они всегда препирались из-за того, кто сильнее, умнее — да из-за всего. Я уже привыкла.
Рейегар глянул на Сансу искоса из-за плеча, на этот раз оглянувшись.
— Я думаю, девочка, тебе будет комфортно у нас. А ты займешь наконец то место, что пустовало — и восстановишь равновесие в этом семейном раскладе. Видят боги, нам не хватало рассудительного человека с трезвой головой, особенно учитывая, что Джон уезжает на практику. Твоя тетка не справляется со всем этим накалом страстей -да ей и не до того сейчас.
— Я постараюсь помочь чем могу. Спасибо за то, что взяли меня к себе!
— Это даже не вопрос помощи. Это вопрос баланса. Все что тебе надо — быть самой собой…
Санса уставилась на вьющуюся поземкой дорогу. Так-то оно так, но беда была в том, что она сама не знала — кем ей предстояло теперь быть…
========== II ==========
Санса II
Как трудно мне с тобою говорить с другого берега реки,
Ни слов не разобрать, ни разглядеть, что говорят твои глаза.
И под воду уходят друг за другом пониманья островки,
Все дальше к горизонту отступает отчужденья полоса.
Как трудно мне с тобою говорить в тени опущенных гардин,
Все это ни к чему, и ты устал от всех иллюзий и страстей.
Как хочется случайно раствориться в сонме женщин и мужчин,
Порхающих по комнатам, старательно играющих гостей.
Я буду яркой бабочкой на бархате слепого ночника,
А, может быть, бегонией на белом подоконнике твоем,
Пусти меня, пожалуйста,
мне больно сжала кисть твоя рука,
Мне дальше этой комнаты
не выпорхнуть со сломанным крылом.
Ты все раздашь до ниточки вздыхающим соседям и друзьям,
И громко хлопнув дверью, ты оставишь этот город навсегда.
Ты будешь дальним парусом, блуждающим по призрачным морям,
Я буду вольной рыбкою, попавшей в золотые невода.
Белая Гвардия. Как трудно
Когда они доехали наконец, метель так разыгралась, что вокруг с трудом можно было разглядеть очертания зданий и деревьев. Джон припарковал машину к гаражу красного кирпичного дома и, с облегчением заглушил мотор. Вел он, вроде, уверенно, но видно было, что процесс не доставляет ему никакой радости— хотя бы по тому, с каким удовольствием он теперь отстёгивался и вылезал из-за руля. Рикон уже расчехлился, выскочил из машины и теперь нетерпеливо оттанцовывал возле двери. Санса тоже вылезла, захватив свои мешки и рюкзак и смотрела, как дядя отпирает дверь. А потом наружу вылетело неимоверное количество людей, детей и собак и все побежали к ней, обнимаясь, перебивая и отталкивая друг друга.
На пороге появилась Лианна — она похудела и казалась моложе — несмотря на появившиеся на носу очки. Темные густые волосы — вечный предмет ее гордости — были собраны в небрежный пучок на затылке. Дети с опаской оглянулись и отцепились от Сансы. Тетка кратким кивком отослала их в дом — и осторожно ступая сошла со ступенек, принимая Сансу в душистые объятья. От Лианны пахло домом, печеньем и немного — собаками. Она шепнула на ухо племянницы: «Ну наконец-то. Заставила ты нас понервничать. Добро пожаловать домой!» Санса неуверенно ее обняла. В отчерченной светом рамке двери маячило кресло Брана и за ним — не очень знакомая девичья фигура. Неужели это Арья?