Вдруг он неожиданно взял Сансу холодной рукой за запястье.
— Если я заболею, ты придешь меня навестить?
Санса растерялась, не зная, что сказать. Миранда жестом показала ей — «да».
— Конечно. Ты же мой друг теперь
— Ага. Тогда и заболеть будет приятно. Я себе лежу — и все ко мне приходят…
Зяблик мечтательно улыбнулся — как маленький мальчик, мечтающий о заветном подарке — и вдруг развернувшись, побрел к выходу. Санса и Миранда, подхватив сумки, пошли за ним.
У входа ее уже ждала тетка и все трое малышей, что весело обкидывали друг друга грязным мокрым снегом.
— Привет, дорогая! Ну что, поедем?
Санса улыбнулась своим новым друзьям — и помахала им рукой.
— Ранда, Робин — это моя тетя Лианна. А это — мой брат Рикон и кузены — Эейгон и Рейелла.
Миранда прощебетала своим образцово показательным голосом «хорошей девочки»:
— Я была на концерте вашего мужа, мэм. Это что-то потрясное! Он такой у вас талантливый!
— Спасибо, дорогая. Рада, что тебе понравилось. Санса, это твои одноклассники?
— Да, тетя. Ребята, увидимся завтра!
Миранда заговорчески ей подмигнула и утащила за собой устаивавшегося на Сансу немигающим взглядом Робина.
Лианна усадила малышей в машину. Пока Санса пристегивала многочисленные ремешки и выравнивала кресла так, чтобы всем хватило места на заднем сидении — она успела основательно вспотеть. Сегодня здорово потеплело — даже снег за полдня почти весь стаял — и теперь хлюпал грязным месивом под ногами, пятная новые Сансины сапоги разводами соли.
Лианна тем временем завела автомобиль, безуспешно пытаясь отмыть грязное окно, залив его водой из дворников. Копоть и каким-то таинственным образом попавшая туда соль с дорог только размазывалась по стеклу, создавая неприятную мутную пленку. Когда Санса наконец села в машину, тетя с досадой выключила скрипящее устройство очистки и тронула минивэн.
— Ну как прошел день?
— Ничего, спасибо. Получила первую оценку. По живописи
— И сколько?
— A
— Вот уж не сомневалась в тебя! Ты им еще покажешь! И друзья уже появились… Санса, ты просто умница!
— Спасибо…
Санса смотрела в окно и думала, что в этом раскладе она, пожалуй, сможет продержаться тут такое-то время. Если только опять не останется одна. Она уже заранее привыкла бояться одиночества как чего-то неизбежного — что все равно ее настигало. Но тут была проблема даже не в одиночестве. Тут, окажись она сегодня без поддержки Миранды и даже странного Зяблика, - к концу дня она бы просто оттуда сбежала: такой враждебностью веяло от остального класса. И не возьми ее Ранда Ройс под свое крыло -Санса не сомневалась, что тут же бы стала отличной кандидатурой в «мальчики для битья». Вернее, в «пташки для бросания камней» Попади в цель, попади в цель…
Может, они туда и попали? Может, она и вправду шлюха? Безнадежно испорченная, запачкавшая сама себя — и заодно запятнавшая семейное имя? Ведь половина из «страшных слухов», что ей сообщила Миранда, были правдой. Взрослый муж, взрослый любовник — при живом муже — наверное, она и есть то, что они сказали…
В сухом изложении фактов их с Сандором история выглядела тривиально и пошло. Ну, может быть, не совсем тривиально, но от ее запутанности легче не становилось — все только приобретало дополнительный зловещий окрас — намеками о растлении малолетних, о ее странных вкусах, о болезненности ее привязанности к мужчине, что постоянно хотел от нее избавиться…
«Ты не должна так думать, не должна» — твердила себе как молитву Санса — и не могла остановиться, не могла вернуться на ту чистоту волны ощущений, что захлёстывала ее, когда она только ступила на землю этого неприветливого серого города. Он словно перемазалась — и теперь ничем уже было не смыть эту пленку постороннего досужего взгляда на ее жизнь — на ее тайную жизнь. Этот злобный равнодушный взор словно соль проедал в ее мироощущении похожие на мелкие язвы прорехи. И Санса вдруг поняла — чем больше их образуется, этих язв — тем быстрее ее связь с Сандором исчезнет — как исчез и он сам — где-то там, за горизонтом событий. Она уже не знала, во что верить — и не знала, сможет ли верить вообще. Все, чем Санса жила последние месяцы, теперь утекало вдаль — тающим снегом, несбыточной мечтой — предутренним тяжелым сном.
========== VIII ==========
Wish you were here
Me, oh, my country man,
Wish you were here
I wish you were here
Donʼt you know, the snow is getting colder,
And I miss you like hell,
And Iʼm feeling blue
Iʼve got feelings for you,
Do you still feel the same?
From the first time, I laid my eyes on you,
I felt joy of living,
I saw heaven in your eyes
In your eyes
Wish you were here
Me, oh, my country man,
Wish you were here
I wish you were here
Donʼt you know the snow is getting colder,
And I miss you like hell
And Iʼm feeling blue
I miss your laugh, I miss your smile,
I miss everything about you
Every secondʼs like a minute,
Every minuteʼs like a day
When youʼre far away
The snow is getting colder, baby,
I wish you were here
A battlefield of love and fear,
And I wish you were here
Iʼve got feelings for you,
From the first time, I laid my eyes on you
Wish You Were Here
Blackmoreʼs Night
1
Санса осторожно раскладывала на комоде одежду на понедельник — ей неохота было заниматься этим в воскресенье, впопыхах обнаружив, что какая-то деталь туалета неожиданно затерялась в корзине с грязным бельем. В понедельник можно, к счастью, надеть брюки. Значит те, что она сняла сейчас надо постирать. Санса устало вздохнула и села на кровать. День выдался насыщенным — и обычным. Был только второй день ее учебы, а Санса уже начала входить в колею — словно и не сбивалась с нее. В конце концов именно это — а не что-то еще было для нее привычным состоянием. Школа, занятия, болтовня с подругами — стычки с недоброжелателями в тесном коридоре — а не с монстрами в человеческом облике на скользких дорогах, страхи за оценки — а не за то, что ее завтра убьют… Или бросят… Она вновь поглядела на экран телефона. Нет, не звонил. Вчера вечером она была вынуждена сама ему набрать — было уже за полночь, а никаких вестей от него не последовало — ни сообщений, ни пропущенных звонков — вообще ничего… Он подошел не сразу — после пяти гудков включился автоответчик, и обеспокоенная Санса перезвонила еще раз. На это раз Сандор ответил — сиплым со сна голосом:
— Кто это?
— Сандор, ты что? Это же я…
— Ты? А кто ты есть? Боги, Пташка… Прости. Ты меня слегка разбудила…
— Ты что, пьян что ли?
— Ну чуть-чуть. Почти уже нет. Я трезвею буквально на глазах.
— Я же тебя не вижу…
— Ну да. Конечно. Как твоя школа, студентка?
— Хорошо. То есть нормально. Все прошло гладко.
— Так хорошо или нормально? Тут имеются тонкие разницы… То есть разница.
— Хорошо. Получила первую отметку — по рисованию.
— Да ну! И что изобразила — поющего Джоффри? Или саму себя с отросшим волосами?
— О чем ты вообще? Нет блин, тебя — в голом виде!
— Смотри, как ты клюешься! Это была неудачная попытка пошутить. Прости…
— Тоже мне, шутник. Я тогда вообще ничего не буду рассказывать…
— Какая ты обидчивая стала. Это тебя сестрица так науськала — или дядя-музыкант?