— Ты не представляешь, насколько она превзошла мои.
— Не поделишься?
— Ну… я подтвердила свою теорию, что Карлайл выбирал, кого превращать, по росту, — я нацедила на вилку креветку. — Говорят же, в каждом правиле есть исключения, которые подтверждают правило. Карлайл сильно полюбил Эсми и, несмотря на невысокий рост, обратил её. Остальных он, определенно, подбирал по линейке.
— Неужели только это? — улыбнулся Эдвард. — Ты под большим впечатлением, чем хочешь показать. Ты обещала мне доверять.
Я положила в рот креветку и зажмурилась от удовольствия. Кажется, я вечность не ела салат из морепродуктов. Пока баловала свои вкусовые рецепторы, я размышляла, как много правды можно сказать. Эдварду можно озвучить всё, что на уме, но из-за ограничения я не могу брякнуть что-то вроде: «ну я вот когда фильм смотрела, она там была другая».
— Не могу сказать точно, — нахмурилась я, подбирая слова. — Просто я ожидала, что у меня от неё будут впечатления как от Карлайла, но они скорее как… от тебя.
В глазах Эдварда, казалось, сверкнула сталь, и губы исказились в кровожадной усмешке — той самой, что делала его хищным и опасным. Я вновь уставилась в тарелку салата. Зря, наверное, брякнула.
— В очередной раз поражаюсь твоей интуиции. Ты проявляешь удивительную проницательность не только по отношению к людям, но и к вампирам.
Я в шоке вскинула на него взгляд. Это у нас в истории ещё один бракованный персонаж? Да ладно!
— Так ты маменькин сынок? — выдавила я улыбку, затыкая внутреннюю панику.
— Вроде того, — жёстко усмехнулся Эдвард.
Хм. Что-то мне подсказывает, что у этой семьи более тёмное прошлое, чем мне казалось изначально. И, честно, подробностей знать не хочется.
— Слушай, а можешь подсказать кое-что? Когда Эсми подошла ко мне поздороваться и сказала про мою очаровательность, что она думала в тот момент?
Эдвард застыл и впился в меня внимательным взглядом, не торопясь отвечать. Я закусила губу. Лезу не в своё дело? В этом доме я почему-то чувствую себя так, словно вновь иду по минному полю.
— Она подумала, что тебя надо обратить сегодня, — ровным голосом ответил он, следя за моей реакцией.
Я кивнула и вернулась к салату, контролируя выражение лица. В голове заорали сирены: «СРОЧНО! ЭВАКУАЦИЯ! БЕЖИМ!». Плакать хочется от страха. Как Драмион в эту Эдру книжку-то загружал? Что за сломанный канон?! Эсми не настолько фанатична была к своей семье! Или настолько? Мало информации.
Про себя окрестила Эдварда и Эсми — маньяк номер один и маньяк номер два. Отныне самые опасные для меня Каллены.
После заявления о том, что я могу отсюда и не выйти, аппетит пропал. Благо, что хоть что-то скушать успела.
— Я наелась.
— Ты съела меньше половины, — укоризненно покачал головой Эдвард. — Ешь как птичка.
— Ну, для будущего вампира, наверное, это неплохой критерий, — проворчала я. — Пусть ростом я и не вышла…
Эдвард хотел было что-то сказать, но тут же поморщился, как от зубной боли. Он зло сверкнул глазами в сторону выхода, куда полчаса назад ушли Элис и Джаспер.
— Пойдём, я покажу тебе дом, — поднялся он.
Делаю вид, что ничего не заметила. Эх, иллюзия уединения в доме вампиров.
По высоким ступеням мы поднялись на второй этаж. Деревянные перила были гладкие, как шёлк. Цветовая гамма второго этажа совсем иная — стены обшиты деревянными панелями медового цвета, того же оттенка, что и половицы.
— Комната Розали и Эмметта, кабинет Карлайла, комната Элис, — показывал на закрытые двери Эдвард.
Я притормозила возле кабинета Карлайла. Пусть и забегала вперёд, но мне хотелось увидеть ту самую картину.
— Сюда можно?
— Тебе везде можно.
Интерьер комнаты тонул в сдержанных, тёмных тонах. Глухие стены скрывались за шкафами с книгами, а в центре, словно остров, располагался солидный рабочий стол. Пола касался плотный ковёр цвета горького шоколада, украшенный необычным узором. Передо мной был идеальный образец классического кабинета — аскетичный, без намёка на современность, будто сошедший со страниц романа прошлого столетия. И всё же здесь всё дышало новизной и безупречной чистотой. Мне хватило беглого взгляда на стены, чтобы найти то, что я искала.
В груди неприятно сжалось. Рука против воли сильнее стиснула локоть Эдварда, за которого я держалась. Мы приблизились к картине, и я с жадностью смотрела на неё. Мой главный кошмар этого мира. Эдра, надеюсь, ты не заставишь меня с ними встречаться.
— Это Вольтури, — раздался голос Эдварда. — Своего рода королевская семья среди вампиров.
— Карлайл тоже Вольтури? — включила я незнайку и указала на четвёртого персонажа картины.