— Я, конечно, не против, чтобы ты виделась с отцом, он в восторге, когда ты приезжаешь к нему летом, — осторожно проговорила она. — Но, дорогая, провести там целый год — это совершенно другое.
— Я ему помешаю, — сделала максимально расстроенный вид. В целом, мне даже притворяться не пришлось. Я правда надеялась таким образом избежать внимательного взора матери. Отец не заметит радикальных перемен.
— Что ты, милая, — защебетала мама, — просто и мне будет одиноко без тебя…
В дверь постучали. Мама вскочила и побежала открывать. Квартира была маленькая и разговор мне был прекрасно слышен. Видимо пришла соседка.
— Сара! — воскликнула мама. — Как хорошо, что ты зашла.
— Привет, Рене, принесла Белле чай на травах, про который я тебе говорила. Ей уже лучше? — раздался женский голос.
У меня зашумело в ушах. Рене? Белла? В груди стало тесно, пальцы задрожали. Я нервно, то ли икнула, то ли пискнула.
— Быть не может, — одними губами произнесла я и перевела взгляд на дверной проём, где показалась «мама». Я смотрела на женщину широко раскрытыми глазами, пытаясь разглядеть в ней «Рене».
— Белла? — обеспокоенно спросила женщина. — Милая, тебе опять плохо? — кинулась она ко мне, вставая передо мной на коленях и тревожно всматриваясь в моё лицо.
— Она совсем бледная, — прокомментировала Сара и бросилась к раковине набрать воды.
Нет, ну бред. Я ведь нашла рациональное объяснение своему «попаданству». Даже несколько теорий. Они помогли мне принять факт моей новой жизни. Но Белла и Рене. Слишком неприятное совпадение.
— Я Свон? — ослабевшим голосом спросила я.
Наверное, распространённая фамилия в штатах. Если штаты не отличались от моих. Возможно, просто совпадение. Нелепое, глупое совпадение. Но теплилась надежда, что я не услышу согласие на свой вопрос.
— Да, дорогая. Ты Белла Свон, — в глазах Рене росла паника, а в моих глазах мерк свет.
Я банально свалилась в обморок.
***
Казалось бы, я неделю проходила все стадии принятия. Тяжело расставаться с прошлой жизнью, пытаться по кускам собрать свою личность, сохранить рассудок и так далее. Но тут я была на грани того, чтобы вновь выпасть на неделю из реальности в прострацию. А почему, собственно, «Сумерки»? Почему не сразу в «Игру Престолов», например? Чтобы наверняка меня добить. Сложно представить более жалкую судьбу попаданца с моего времени и мира, в какое-нибудь средневековье. Тут, конечно, больше шансов выжить… Как назло, перед глазами пронеслись картинки: трёх кочевников, Вальтури, роды Беллы… Нет, по-моему, лучше было бы попасть в Серсею Ланнистер, на момент, когда Дейнерис штурмом брала город…
Я криво ухмыльнулась. Романтическая, сумеречная сага, казалось бы, я не должна так бояться. Но я сужу здраво. Это Эдвард влюбился в ту Беллу. Это те Калллены как родную приняли человека. Это там Вальтури так радушно согласились подождать.
Что будет здесь? Со мной? И главный вопрос: а оно вообще мне надо?
Характером мы с книжной Беллой не радикально разные, но в целом и общего мало. Взять ту же разницу в возрасте. Белла была ребёнком, который ещё толком не видел этот мир, не познала того, что сформировала бы её до конца как личность. Всё-таки что ни говори, но я не могу воспринимать восемнадцатилетнего как зрелого человека. Можно сказать, ей повезло так рано определиться, чего она хочет в жизни. И в целом сама история как сказка со счастливым концом, не хочу признаваться себе, чтобы не казаться большим пессимистом, чем я есть, но в жизни всё сложнее. Поэтому я любила эту книгу. Но любила тогда, когда самой было семнадцать… Когда тебе тридцать с хвостиком, а твоего Эдварда на горизонте всё нет, только такие типажи, как Аро с манией величия или Джеймсы с непонятными заскоками хыщника на твой кошелёк, не веришь в такую красивую любовь. И мир воспринимаешь по-другому.
Я резко села на кровати. До меня вспышкой дошло воспоминание о последнем дне моей жизни. Той жизни. Я хихикнула. Потом ещё один нервный смешок… И дальше мой хохот было не остановить.
Рене вбежала в комнату и остановилась на пороге. Кажется, я довела эту женщину до состояния тихого ужаса. Потом мне точно будет стыдно, но, пока, я не могла остановиться. Я согнулась пополам и безумно хохотала, с глаз лились слёзы, дыхания едва хватало, чтобы подпитывать мою истерику.
В свой последний день я шла с работы и перечитывала «Сумерки». Меня сбила машина, когда я переходила дорогу.