— Слежка и преследование, Каллен. Чарли поймёт именно так.
Наши лица находились в паре сантиметрах друг от друга. Я с интересом отметила золотистые прожилки в его глазах, которые, казалось, мерцали в полумраке. Его прохладное дыхание скользнуло по моим губам. Никто из нас не отступал.
— Белла?! — приглушённо донеслось до нас.
Я обернулась и увидела, как перед машиной с немым шоком уставились на нас мои подруги.
— Жду на улице, — сказала я и вышла из машины.
Мне не хотелось скатываться до банальных угроз. Но ради сохранения сюжетной линии это было необходимо. Про себя горько усмехнулась. Раньше я её ломала, теперь же действую ровно наоборот.
— Где ты была? — прошипела Джесс. — И почему ты целовалась с Эдвардом?
— Что? Мы не целовались! — вспыхнула я. — Я заблудилась, потом встретила его, и он подвёз меня до вас.
Обсуждаемый объект вышел из машины и с голливудской улыбкой поприветствовал моих подруг.
— Мы уже поужинали без тебя, — тихо призналась Анджела.
— Всё в порядке, — заверила я. — Мы поужинаем с Эдвардом. Потом он отвезёт меня домой. Так что можете не ждать.
Я украдкой подмигнула Джессике. Подруги смущённо попрощались и ушли. Я перевела дыхание. Были серьёзные опасения, что и тут возникнут сложности. Убедившись, что они сели в «Форд», я дождалась, когда машина исчезнет за поворотом, и лишь затем повернулась к Эдварду.
— Объяснишь, зачем тебе нужно было вытаскивать меня на свидание? — скучающе спросил он.
— Разве ты сам как-то не говорил, что можно сплетни претворить в реальность? Передумал?
— Так ты всё-таки в меня влюблена, — усмехнулся Каллен, и к нему вновь вернулось то самое самодовольное выражение лица, к которому я привыкла. — На всё идёшь ради своей любви? Даже на шантаж.
— Тебе просто не повезло, — покладисто согласилась я. — Обычно у меня нет рычагов давления на парней, с которыми мне хочется пойти на свидание. Считай, ты сам подставился.
Мы пошли в ресторан. Я с интересом осмотрела устаревший интерьер. Полуприглушённый свет создавал интимную атмосферу. Не дожидаясь официантку, взглядом выцепила свободный столик в углу и направилась к нему.
Пока я заказывала колу и грибные равиоли легкомысленной официантке, чей взгляд всё время цеплялся за Эдварда, заметила полное безразличие на его лице. Он вновь погрузился в свои мысли.
— Земля вызывает Каллена, — легонько ткнула его в плечо, когда девушка ушла.
— Ты о чём-то хотела поговорить или просто провести время вместе?
Такая прямолинейность меня удивила, но я приняла правила игры. Главное, удержать его рядом.
— Одно другому не мешает, — улыбнулась я. — Но ты прав, у меня есть к тебе вопросы.
На память я жаловалась, но уже поняла, что в некоторые “нужные” моменты могу вспомнить необходимые действия. Конечно, в голове лучше отпечатался сюжет фильма, а он урезан, но я и этому рада. Осталось вывести вампира на признание об обладании даром.
— Как и у меня, — усмехнулся он. — Как ты?
— Ты о чём?
— На тебя напали, Белла, — напомнил он. — Любая будет в шоке после пережитого.
Резкая смена тона на заботливый застала меня врасплох, и я даже на несколько секунд растерялась.
— Ты прав, — я встряхнула волосами и нахмурилась. — Наверное, я просто смирилась, что в моей жизни всегда что-то подобное происходит.
Страх — это что-то повседневное для меня, как радость или грусть. Постоянное напоминание, что я слабая и нуждаюсь в защите, сильно бьёт по нервам. Но, оказывается, и к этому привыкаешь. Хотя в этот раз было страшнее всего. И дальше будет только хуже. Но этого вслух я ему не скажу.
— Ты действительно притягиваешь неприятности, — криво улыбнулся Эдвард. — Я не встречал более неудачливого человека, чем ты.
— Обидно звучит. Я не специально во всё впутываюсь, — и мы оба замолчали. Обычно красноречивый Эдвард не спешил сегодня радовать меня своими колкими замечаниями. — Расскажешь, как нашёл меня?
Он молчал и смотрел куда-то в сторону. Напряжение сковало его лицо, дыхание пропало. Я зачарованно наблюдала. Сидеть рядом и открыто любоваться его профилем выпадало мне крайне редко, пожалуй, впервые могу делать это столь открыто. Его лицо – резкие, безупречно правильные черты. Игра теней подчёркивала острую линию скул. Полноватые губы в покое казались немного опущенными, словно навечно печальными. Я с грустью отметила, что понимаю книжную Беллу, которая никак не могла взять в толк, как такое совершенство могло всерьёз в неё влюбиться. Однако Эдвард был стар, и он видел суть людей, и полюбил саму суть Свон.
А вот я не она. Мою суть никто так и не смог полюбить. И он не смог бы. На душе стало ещё тяжелее.