— Что не делается, то делается к лучшему, — тихо проговорил он и шутливо ударил меня по носу костяшкой пальца. — Ранние браки имеют свою прелесть, но и часто разваливаются. Я счастлив, что у меня есть ты.
Я с наигранным возмущением потёрла нос, но кивнула, принимая его ответ. Наверное, другого и не следовало ожидать. Чарли ушёл переодеться, а я вернулась на кухню к гостям. Билли с интересом расспрашивал Алана о впечатлениях от Форкса. Джейк сконфуженно сидел и опасливо косился на него. Может, он нервничает — вдруг Алан выдаст его с этими квилетскими легендами? Я присоединилась к разговору, доставая тарелки и проверяя мясо.
— Поужинаете с нами? — предложила я.
— Нет, мы дома поели, — ответил Джейкоб.
Чарли как раз вернулся на кухню. Стало тесновато.
— Привет, Алан.
— Здравствуйте, мистер Свон.
— Пап, а ты ужинать будешь?
— Да, конечно, — рассеянно отозвался отец и обвел всех присутствующих взглядом. — Вы останетесь смотреть бейсбол?
— Очень рассчитываем, — кивнул Джейкоб, — наш телевизор сломался на прошлой неделе.
Билли укоризненно взглянул на сына.
— Джейкоб рвался увидеть Беллу, — доверительно сообщил он.
Парень нахмурился и сник. Я едва сдержала порыв закатить глаза. Эти родительские подколы. Помню, подростком, мне тоже приходилось через них проходить. То, что взрослым кажется безобидной шуткой, для подростка превращается в настоящую пытку — он готов сквозь землю провалиться от стыда. Мои глаза встретились с растерянным взглядом Джейкоба. Стараясь разрядить обстановку, я ободряюще улыбнулась ему и лукаво подмигнула.
— Тогда все в гостиную, — объявил Чарли. Он здраво рассудил, что на кухне мы не уместимся и достал бутылку вина из холодильника, прихватив бокал.
Брови Билли взметнулись в удивлении. Он посмотрел на упаковку пива в своих руках и перевёл взгляд обратно на Чарли.
— С возрастом привычки меняются, — доверительно прошептала ему я.
— Алан, а ты как с бейсболом?..
Своеобразная дружеская посиделка прошла без эксцессов. Я старательно исполняла роль хозяйки в то время как Чарли и Билли азартно обсуждали каждый момент матча — то возмущённо вскрикивали, то разражались радостными возгласами. К моему удивлению, Алан и Джейкоб даже пару раз перекинулись понятными только им шутками, одобрительно кивая друг другу.
С каждой минутой атмосфера становилась всё теплее, а гости — раскованнее. Я же металась между кухней и гостиной, как заправский официант: подкладывала добавку, доливала напитки, незаметно меняя испачканные салфетки на свежие.
— Белла, дай помогу, — вдруг подал голос Алан, наблюдая за моей лихорадочной деятельностью.
— Всё под контролем, я просто сполосну…
— Белла. — Он мягко, но настойчиво забрал у меня тарелку. Его пальцы на мгновение коснулись моих. — Дай мне хоть чем-то помочь.
Я позволила себе усталую улыбку, сдаваясь.
— Спасибо, — выдохнула я, когда мы вошли на кухню. Я ополаскивала тарелки, а Алан вытирал их полотенцем. — Тебе не скучно? Я не ожидала гостей сегодня, так сложилось…
— Брось, Беллз, это ведь я пришёл без приглашения.
— Друзьям приглашения не нужны. Мы же не в Британии, — фыркнула я и тихо добавила. — Ты хоть немного отвлёкся?
— Да, — улыбнулся он. — Я рад, что пришёл сегодня. Знаешь, сначала я просто хотел пройтись, ненадолго отдохнуть от мрачной атмосферы дома. Сам не заметил, как пришёл к твоему крыльцу. Ты мой личный оплот спокойствия, Белла.
То личный сорт героина, то личный оплот спокойствия. Звания растут, как у Дейенерис.
— В любое время к вашим услугам.
***
Утро началось с нежного касания, будто прохладный бриз коснулся моей щеки. Я невольно сморщила нос от щекотки.
— Эдвард... — буркнула я сквозь сон, медленно открывая глаза.
Но комната была пуста. Повернувшись на бок, я заметила аккуратно сложенный листок бумаги на подушке. Сонно протерев глаза, я села и развернула записку.
«Ушёл охотиться с Элис. Будь осторожна. Не скучай ❤»
Мне потребовалась пара секунд, чтобы осознать написанное. Взглядом ещё раз пробежала по записке. Каллен... нарисовал сердечко? В голове щёлкнуло, и я прыснула, представив всю сцену как наяву: Эдвард с его фирменной снисходительной усмешкой выводит «Будь осторожна», а потом вдруг закусывает губу, наклоняется ближе к бумаге и с детской серьёзностью выводит этот дурацкий символ, даже слегка высунув кончик языка от усердия.