— У нас в участке через две недели Бейкер уходит на пенсию. Место архивариуса будет свободно. Могу поговорить насчёт вас.
Элоиза, кажется, растерялась ещё больше, нервно теребя салфетку в руках.
— Это было бы замечательно, — вместо неё ответил Алан. — У мамы когда-то был опыт работы архивариуса в банке, в Финиксе. — Парень ободряюще улыбнулся рассеянной матери. — Если ты работала там, то в участке тебе будет ещё проще.
— Мне как-то неловко, — пробормотала Элоиза.
— Вы тут пока никого не знаете, — вмешалась я. — По-моему, неплохо уже иметь знакомых, которые готовы помочь.
— Ага, прелесть маленького городка, — продолжил мою мысль брат по разуму, не оставляя своей матери и последнего шанса на отказ.
Ужин протекал по-семейному — спокойно. Кажется, неловкость улетучилась. Чарли расслабился настолько, что даже попросил добавки. В основном говорили взрослые. Хотя иногда и Алан отвечал за мать, когда она немного “зависала”. Вот точно суфлёр. Обсудили и школу. С облегчением я узнала, что в этом году Алан не собирается подавать документы. Так как смысла не было. Учёбу в школе Форкса он начнёт только со следующего года. Как раз Розали с Эмметом уже “закончат” её и уедут. В душе воскресла надежда, что они не столкнутся.
Атмосфера уюта и спокойствия накрыла меня с головой. Я с улыбкой обвела всех взглядом. Если позволить своим фантазиям разыграться, то я почувствовала себя в окружении семьи. Папа, мама и идеальный брат. В глазах немного защипало от нахлынувших чувств. Такая призрачная мечта. Было бы здорово так проводить вечера. Реальность всегда суровей и сложней. Но обмануться иногда так приятно.
Да, всё чаще забывается мой прежний возраст, и просыпается маленькая девочка, что так падка на такие моменты. Не зря говорят: в душе каждого взрослого живёт ребёнок.
Распрощавшись с Холлинсами, мы с Чарли сели в его патрульную машину.
— И как тебе Элоиза? — невинно спросила я. Да, пристроить Чарли в руки какой-нибудь доброй женщины я до сих пор мечтаю.
— Не начинай, Белла, — сурово нахмурился он, обрубая мои попытки прощупать почву.
— Да я просто спросила.
— Знаю я твой тон, когда ты “просто спрашиваешь”.
Мы замолчали, а Чарли мягко вырулил на дорогу. Однако спустя минуту задумчиво проговорил:
— Она только развелась. Ей нужно время.
На этой планете есть жизнь! Я мысленно потерла лапки.
— Угу. Бракоразводный процесс — дело долгое, — с напускным безразличием ответила я и добавила. — А ловко ты с архивариусом придумал.
— Белла, — вздохнул Чарли.
— Молчу-молчу.
Не буду смущать отца своими фантазиями. Конечно, не факт, что у них что-то сложится, но просто промолчать и удержаться от подтрунивания — выше моих сил.
Дома, поднявшись в свою комнату, я вновь достала фотографию. Совесть противно скребла за то, что украла такую значимую вещь. Есть ли у меня право решать, должны ли столкнуться Розали и Алан или нет? Интуиция упорно молчала. Но, сверля взглядом изображение, я пришла к компромиссу сама с собой: Алан имеет право знать. Но не сейчас. Сначала разберусь с предписанным, а уже потом…
Схватив первую попавшуюся книгу, я спрятала фото между страниц и швырнула её на стол.
Алан — персонаж, который был введен моим подсознанием как утешение для Роуз. Наверное, зря я виню Эдру — обстоятельства так сложились по моей вине. И честно признаюсь себе, если бы он не был моим другом, а просто кем-то посторонним, то, как независимый зритель, я была бы рада за Розали. Воссоединение семьи, а я в первых рядах. Вот только он мне дорог, и ладони холодеют от страха, рисуя худшее развитие событий.
Неучтённый персонаж. Столько хлопот.
И тут молнией пронеслась другая мысль. Их же двое. Кто является вторым персонажем введённым в этот мир моим воспаленным мозгом? Вряд ли Драмион имел в виду Элоизу. Если бы это было так, то он бы сразу сказал, а не стал скрывать. Неужели второго "неучтённого" тоже будет тянуть в Форкс? Кого ещё я “пожалела”? Прикинула в уме и тяжело вздохнула. Да я почти всех тут жалела. Начиная с Розали и заканчивая Ириной, которую Вольтури казнили.
— Ха-а, — я шумно выдохнула и плюхнулась на кровать, раскинув руки. Прикрыв глаза, устало потёрла переносицу. — Проблема.
Глава 18. Со мной ты можешь быть собой
В молодости мы не задумываемся о том, как прекрасно просыпаться после тяжёлого дня — когда тело наполняет сладкая истома, а мышцы приятно ноют, напоминая о вчерашних усилиях. Только в этом возрасте можно в полной мере ощутить это особенное удовольствие: поработал, немного поспал — и снова бодр, будто и не уставал. Лёгкая усталость в мышцах сочетается с приливом энергии, и я не перестаю восхищаться своим молодым телом.