Я прекрасно знала, куда мы направляемся, но оставалась удивительно равнодушной. Будь я не так измотана чередой недавних событий, возможно, предвкушала бы поездку на ту самую поляну. Но даже после полноценного сна и приятного пробуждения моё эмоциональное состояние едва достигало уровня планктона.
Совсем иначе выглядел Эдвард. Казалось, он взял на себя обязанность радоваться за нас обоих. Вместо привычной змеиной усмешки его лицо озаряла какая-то тайная радость. Улыбка была по-настоящему тёплой, без привычного прищура.
Всю дорогу он молча смотрел на меня. Его взгляд, подёрнутый лёгкой дымкой задумчивости, заставил меня предположить, что я стала всего лишь фоном для его размышлений — тем местом, где расфокусировался его взор, пока мысли уносили его куда-то далеко.
— Шоссе номер сто десять — первый поворот направо, — велел Эдвард, прежде чем я успела спросить. — А теперь вперёд, пока не кончится дорога.
Я послушно выполнила указание. Потом нам, кажется, ещё пешком идти неизвестно сколько…
— Даже не спросишь, куда мы направляемся?
Я пожала плечами.
— Я же говорила: поедем, куда скажешь.
— Настолько мне доверяешь, — хмыкнул он. — Это хорошо. Ты кого-нибудь предупредила, что сегодня будешь со мной?
— Оставила подробное письмо Чарли на столе, со всеми твоими секретами. Если не вернёшь меня к его приезду, то будет организована охота на ведьм, — я мило улыбнулась и похлопала ресницами. — Конечно, в твоём случае — на вампиров.
— Значит, не настолько доверяешь? Я оскорблён.
— Ты проникаешь ко мне в комнату, щупаешь и нюхаешь меня при любой возможности. Ты понимаешь, что это поведение маньяка?
— Но если я буду появляться с кофе и круассанами, — его губы дрогнули в улыбке, — это смягчит ситуацию?
— Ну, — я нахмурилась и призадумалась. — Нет. Просто это будет маньяк с круассанами.
— И второй раз за минуту: я оскорблён.
Я фыркнула. Дорога закончилась, сузившись в пешеходную тропу с деревянными указателями. Припарковавшись у обочины, я не сразу решилась выйти из пикапа.
— Прекрати приходить ночами и смотреть, как я сплю — и я уберу с тебя ярлык ненормального.
Эдвард задумчиво наклонил голову. После недолгого молчания он произнёс:
— Я прихожу только под утро, перед твоим пробуждением.
Я скептически выгнула бровь, ни капли не веря. Он прикрыл глаза и пояснил:
— Видеть тебя беззащитной, пока ты спишь, выше моих сил. Слишком… соблазнительно. Мне проще, когда я вижу твой упрямый взгляд. Если бы я ночевал у тебя, то, боюсь, в одно утро ты либо не проснулась бы, либо… — он замолчал.
У меня сердце готово было выпрыгнуть из груди от его слов. Сначала знакомый страх пробежал по нервам, затем лёгкое волнение от незавершённого предложения парня.
— Беру свои слова назад. Ярлык маньяка я убирать с тебя не буду.
— Как жаль, что ты не оценила мою искренность и усилия, — патетично заявил Эдвард.
Мы выбрались из машины. Заметно потеплело. Пожалуй, выдался самый погожий день за всё время моего пребывания в Форксе. Свитер я повязала на пояс, радуясь, что догадалась надеть майку. Обернулась к Эдварду и вздрогнула. Он моргнул и широко улыбнулся.
— Нам сюда, — он приглашающим жестом указал в сторону папоротников.
Я послушно пошла, с опаской на него косясь. Его взгляд мгновение назад был таким… голодным?
— Всё-таки завтрак был последним, — проворчала я себе под нос.
— Ты задеваешь мои нежные чувства. Из-за чего ты так нервничаешь?
— Ты меня в лес отвёз. Идеальное место для совершения преступления.
— По сути, ты нас сюда привезла, — заметил он и подал мне руку, чтобы помочь перебраться через торчащие корни. — Я не понимаю твоего поступка. Если ты меня опасаешься и не доверяешь, зачем же поехала со мной?
— Мы договорились провести день вместе.
— Тебе интуиция так подсказала? Тогда — в столовой.
Я подняла на него взгляд и тут же запнулась. Эдвард успел меня подхватить и прижал к себе. Я пробормотала слова благодарности и хотела отстраниться, но он не отпускал, гипнотизируя меня взглядом.
— Насколько же у тебя ненормальна интуиция, раз она толкает тебя в опасные ситуации, — выдохнул он и провёл пальцами по моей щеке. — Может, стоит пересмотреть своё решение следовать её голосу?
— Я тебе говорила: это не объяснить, — я опустила взгляд. — Если так надо — значит, так надо.