— Прыгать под колёса машины, идти в руки пьяной компании, проводить день с вампиром, для которого твой запах самый желанный на свете, — саркастично усмехнулся Каллен. — Складывается впечатление, что это не неудачи преследуют тебя, а ты их.
Как тонко подмечено! И ведь не в бровь, а в глаз. В книге Белла была магнитом для неудач, я же должна намеренно повторять её путь, наступая на горло инстинкту самосохранения. Эдвард нравится мне своим умом, но сей факт сейчас вызывает досаду. Что ж все вокруг не тупят, как в книге? Только жизнь усложняют. Я подняла взгляд к небу.
— Очень красивые деревья, ты их хотел мне показать? — жирно намекнула я, что пора бы двигаться дальше.
В основном мы шли под гору, а когда на пути попадались папоротники, валуны или поваленные деревья, Эдвард брал меня на руки. Спотыкалась я часто, но ни разу не упала — парень зорко следил за моими движениями, и новых синяков я не приобрела.
Мы почти не разговаривали. Лишь изредка он задавал какой-нибудь вопрос, совсем как позавчера. Я же была сосредоточена на том, чтобы как можно реже спотыкаться. Когда он спросил о домашних животных, я не смогла сдержать смешок.
— Никогда не держала, а теперь и подавно не заведу.
— Это почему? — его бровь изящно поползла вверх.
Я рассмеялась.
— Эдвард, прости, но учитывая то, как часто ты у меня бываешь, мне бы не хотелось, чтобы бедное животное заработало сердечный приступ. Вдруг придёшь проголодавшийся, а тут у тебя будет выбор: вкусно пахнущая я или лапочка котик. Разнообразное меню в одном месте.
Каллен хмыкнул и что-то сказал себе под нос, так быстро и тихо, что мой человеческий слух не способен был уловить.
Переход занял большую часть утра. Лес напоминал бесконечный лабиринт и наводил на тревожные мысли — брось Эдвард меня здесь, и обратной дороги я бы не нашла никогда. Но мой спутник чувствовал себя как дома, с лёгкостью находя путь среди древних исполинов.
Часы пролетели незаметно. Сквозь плотный полог листвы начали пробиваться солнечные лучи, превращая мрачные оливковые тона в искрящиеся золотисто-зелёные. Синоптики не обманули — день выдался по-настоящему ясным.
Когда между деревьями наконец показался просвет, лесная палитра заиграла новыми красками. Я ускорила шаг — мы достигли цели.
Деревья торжественно расступились, открывая роскошную поляну, усыпанную разноцветьем: здесь переливались сиреневые колокольчики, золотились лютики, белели ромашки. Где-то поблизости звенел ручей, а высокое солнце заливало всё вокруг ослепительным светом.
Я замерла, очарованно осматриваясь. Есть в этом своя прелесть — жить внутри романтической саги.
— Тут замечательно, — сказала я и обернулась к Эдварду.
Но его рядом не оказалось. Я с недоумением огляделась по сторонам. Наконец увидела его среди густого папоротника — в тени на самой границе с поляной. Только тогда я вспомнила о том, что сейчас Эдвард впервые откроется мне, что же с ним происходит при солнечном свете. Эх, стоило брать уроки актёрского мастерства. Главное не брякнуть, что выглядит он блестяще.
Эдвард с кошачьей грацией шагнул под солнечные лучи, его кожа вспыхнула миллионами алмазных бликов.
— И снова ноль эмоций, — криво усмехнулся он, резко оказавшись рядом на расстоянии вытянутой руки. — Обычно люди хотя бы ахают. Хотя бы раз.
— Кхм… Ах.
Эдвард подозрительно прищурился.
— Ммм… Ох? — повторила я попытку.
— Ты знала.
Я вздохнула, не став отрицать очевидное.
— Ты у меня не первый... — прошептала я, намеренно делая паузу, наслаждаясь тем, как его брови чуть приподнялись в ожидании. Мои пальцы дрогнули, прежде чем коснуться его руки. Кожа под ними была гладкой, как полированный мрамор, и такой же холодной. Я подняла его ладонь к своему лицу. Он не сопротивлялся — напротив, его пальцы слегка сжались вокруг моих, будто помогая мне рассмотреть каждый миллиметр. — Вблизи это действительно потрясающе, — призналась я, завороженно следя, как солнечный свет играет на тысячах микроскопических граней его кожи.
— Не первый? — Он наклонился чуть ближе, и его голос стал низким, опасным. — Объясни.
— Несколько лет назад, когда я гостила с отцом у Блэков, мы с Джейком играли в догонялки. Я случайно наткнулась на водопад. На противоположном берегу стояла девушка — на валуне, куда человек не забрался бы. Когда солнце её осветило… она сверкала, как ты сейчас.
— Она тебя не тронула…
Я фыркнула:
— Нет. Она показала мне язык и прыгнула в воду с десяти метров.
— Опиши её. — Его голос прозвучал резко, словно удар хлыста.
Я заставила себя сосредоточиться, перебирая в памяти ту случайную встречу: