И да, перебросить целое здание склада, что теоретически должно быть возможно, Силин не решился, так как, не будучи уверен в наличии хоть как-либо защитных механизмов у ритуала межмирового перемещения, элементарно побоялся тупо сдохнуть от магического истощения, ну или как-то так фатально надорвать энергетику, что потом и мышкой не переродишься.
— Куда едем? — прервала затянувшуюся паузу Заболоцкая, которая нагло уселась на соседнее сидение и теперь вот ехала рядом с сосредоточенно рулящим и, как видно, так и не сбежавшим от неё вроде как союзником, чьи воспоминания с раздумьями столь бесцеремонно прервала. — Так куда?
— А? А, по делам, — был ей ответ.
— Ага, ну это не помешает, — вроде как одобрительно покивала златовласка. Но продолжила «беседу». — Дай мне, что ли, нагрудник пока. Если сам не заходишь за наградой, то, так и быть, сейчас сделаю обещанное, раз встретила тебя. Эм, случайно пролетая мимо, разумеется.
— Кого дать? А, бронелифчик? — переспросил водитель, прежде чем извлечь из Кармана трофей с Рахмановой, то есть наименее напоминавшую женское облачение эдакую сбрую из сочлененных своего рода бляшек, блескучих и изрядно изукрашенных. — Вот. Оно?
— Да. Хм, надо же, хороший выбрал. Пожалуй, и у Беловой похуже будет. Да-а, Силин, приданого у тебя — хоть сейчас под венец! Да шучу я, шучу. Не бледней так. Со мной у тебя ничего не получится. Как и у меня с тобой. Готово. Держи. Носить на голое тело. В курсе же? Вот и ладненько, —уважительно покивала головой расплатившаяся, получается, за командировку на Аляску Заболоцкая, при этом она проводила несколько даже сожалеющим взглядом тут же отправленное Силиным в Карман украшение, носить которое может теперь не только женщина. А затем, вздохнув, пассажирка протянула кое-что еще. — Вот тебе ещё премия, так сказать. Подумывала, конечно, что обойдешься, раз такие ништяки поимел с Серебряной, но я всё ж таки заинтересованна в сотрудничестве. Точнее, считаю тебя союзником, недоверчивый ты мой. А поэтому бери вот, пользуйся наздоровье!
— Угу, — «вежливо поблагодарил» Силин, приняв какое-то колечко, похоже серебряное, да и с виду очень напоминавшее то, которое с Карманом.
Во всяком случае, пока оно не на пальце, так как надетому вполне можно придать иной вид, выбрав из довольно разнообразной библиотеки предложенных. От всевозможных изящных и женственных, до строгих и предельно простых, то бишь максимально мужественного, так сказать, вида. Жаль только, невидимым нельзя сделать, как пирсинг.
Между прочим, подобная вот адаптивность блестяшек, дающая основание полагать, что и «бронелифчик» будет вполне носибельным, присуща всем артефактным побрякушкам, коими так любят увешиваться маскирующиеся под красоток серорожие иномирянки. А эти образины, когда в естественном своем виде, не очень, мягко говоря, сочетаются с эстетикой изрядно вычурных украшений, которые, что-то подсказывает, являются их трофеями из некогда покоренного мира каких-нибудь прекрасных эльфиечек. А может, и вполне себе гномов-мастеров, которые излили собственное чувство прекрасного в свои творения. Хотя это самое чувство, как видно, не чуждо и самим старухам-завоевательницам, так как уж очень они хороши, когда под маскировкой. И такое вот их стремление к прекрасному, назовем это так, язык не поворачивается отнести лишь в разряд утилитарных нужд. Вроде как это просто артистизм исключительно с целью мимикрии при внедрении в чужое и пока ещё не покоренное общество. Не похоже, в общем. Слишком тонко чувствуют рядящиеся в прелестниц уродины. Словно реально живут этим. Нет ощущения притворства.