— Вы не поверите, Ватсон, но да.
— В школе, где учатся настоящие волшебники?!
— Именно.
— А меня с вами не было...
— Мне на самом деле жаль, мой друг, — воспользовавшись паузой, Холмс закрыл открытку и вернул ее на место.,
— И естественно, у вас нет других доказательств, кроме этой открытки... — с некоторой долей здорового скептицизма заметил Ватсон. — А почему вы не ставите ее на каминную полку?
В этот момент миссис Хадсон пригласила постояльцев к обеду, и беседа плавно переместилась за накрытый стол. Впрочем, только сыщик демонстрировал отменный аппетит, исподтишка поглядывая на задумавшегося приятеля.
— Попробуйте спаржу, Ватсон, с чесночным соусом она изумительна.
Доктор машинально положил себе на тарелку несколько стеблей, но было заметно, что его мысли бродили далеко от спаржи.
— Холмс, я привык вам доверять во всем, но все же кое-что в этой истории мне абсолютно не понятно.
— Я всегда знал, что вы идеальный товарищ. Другой бы подверг сомнению каждое мое слово, а вы только кое-что.
— М-да, но это очень существенная деталь. Объясните мне, наконец, почему я ничего не помню?!
Бросив предостерегающий взгляд на хозяйку, медленно покидающую комнату, сыщик понизил голос.
— Это просто. Мы попали под действие основного закона Магической Британии, запрещающего магглам, то есть нам с вами, о ней знать. В случае утечки информации их мирок не устоит — пропорции слишком не равны. Собственно, поэтому я и не держу эту открытку на каминной полке, а храню в картотеке, между документами о деле, в котором фигурировал голубой карбункул, и той самой рукописью, отправившей нас на поиски приключений в Баскервилль-холл. Достойное соседство, не так ли? — и Холмс отсалютовал приятелю бокалом.
— Значит, над нашей памятью провели какие-то манипуляции? — нервно дернулся доктор, желая выяснить все до конца.
— Не в вашем случае. Дело в том, — продолжил сыщик разрезая кусок хорошо прожаренного говяжьего стейка, — что через пару часов после того, как мы расстались, Рон Уизли примчался в замок, но без вас. Оказывается, он отлучился на минутку, а вернувшись, не застал вас там, где оставил. Ну и попало парню, скажу я вам, особенно когда выяснилось, что мы с вами не совсем волшебники.
— Это вы не совсем волшебник, — возразил Ватсон, — а я совсем не волшебник!
— Не важно. Директриса немедленно организовала поиски, и вы обнаружились в некоем тайном ходе между деревней и Хогвартсом, где мирно спали на полпути в замок.
— Неужели я нашел тайный ход? — восхитился доктор.
— Ну, не то, чтобы вы были первый... Оказывается, он начинается за картиной в таверне, куда Уизли повел вас обедать. Видимо, что кто-то из студентов неосмотрительно воспользовался ходом в вашем присутствии, чтобы сократить себе путь, а вам скорее всего стало любопытно.
— Ну и что? При чем тут моя память?
— А вот тут мы вступаем в область догадок. Когда нас аппарировали домой и вы наконец проснулись, то выяснилось, что вы, мой дорогой доктор, позабыли все произошедшее с нами. Вы и на мисс Грейнджер смотрели так, словно видите ее впервые.
— Но почему?
— Думаю, дело в самом Хогвартсе. Полагаю, что изнутри у него есть какие-то свои особые средства маскировки. До вас ни один маггл в тоннеле не бывал, так что наверняка ничего сказать нельзя.
— Получается, я сам все забыл?
— Получается, что так. На тот момент такая ситуация с вашей памятью всех устроила.
— А как же вы?
— Мне пришлось пройти стандартную процедуру...
— Это было больно? — посочувствовал доктор.
— Надеюсь, что нет, я же абсолютно ничего не помню.
— А почему мисс Грейнджер не предупредила заранее? С ее стороны это было весьма корыстно — использовать вас, а потом...
— Мисс Грейнджер надеялась, что наш случай станет исключением из правил, поскольку мы попали в волшебный мир по-особому, так сказать, приглашению. Так бы и было, если бы не вмешательство одного весьма, хм, педантичного типа... Я не виню мисс Грейнджер. В конце концов, в то время она была лишь школьницей, хотя и очень выдающейся. Прежде чем стереть мои воспоминания, она собрала их в особый флакон, пообещав, что однажды я получу их обратно и через три года снова навестила меня на Бейкер-стрит. За это время, не без ее участия, вышла поправка к Статуту о секретности, позволяющая делать некоторые исключения.
— Но ведь закон обратной силы не имеет.
— Не в данном случае, Ватсон. Как-никак, мы имеем дело с волшебством. Если помните, мисс Грейнджер обещала исполнить одно мое желание?
— И вы попросили сохранить вам память?
— Именно. Я не хотел терять столь ценную информацию. Она подумала и нашла выход.