Оно раскинуло руки – длинные, перекрученные и неровные, напоминая помесь человека с летучей мышью.
Световые чудовища послушно впитались в его кожу. Руки существа стали живыми и мерцающими. Оно взмахнуло ими, как птица крыльями, и воспарило на несколько метров над лесной почвой.
Не существо. Не просто существо.
Король чудовищ и магии.
Саксони встала.
– Что это?
– Ты хотела найти его, – отозвалась Эйрини. – Ты искала его карту.
Саксони наблюдала за порхающим по лесу существом. Его магия была настолько сильна, что у девушки возникло чувство, будто она снова тонет.
Данте Эшвуд.
Саксони не видела его лица, но однажды слышала болтовню фокусников о том, что этого лица не видел никто и никогда. Даже Уэсли. Тогда она не поверила им. Однако, видя это воплощение Главы, решила: слухи имели основание.
Дело даже не в том, что он никому и никогда не показывал свое лицо – скорее, у Эшвуда больше не было лица, которое кто-либо мог увидеть.
Это был человек, превращенный в кошмар. Человек, искаженный силой Мастеров, которых он похитил из их родных домов. Силой народа Саксони. Таких же людей, как ее амджа и Зекия. Вот что бывает с человеком, когда он играет с силой, не принадлежащей ему. Когда покупает и продает магию, словно вещь.
Эшвуд являлся самой магией, обращенной в безумие.
– Я хочу знать, где находится Глава в моей реальности, – сказала Саксони.
– Он здесь, – ответила Эйрини. – Здесь, там, везде.
Саксони злобно посмотрела на нее. Магия Мастера не имела силы в этом месте – однако это не означало, что она не могла забить Эйрини до смерти, если женщина не даст ей прямой ответ.
Карам кое в чем повлияла на нее.
– Я не понимаю, что ты пытаешься сказать мне, – прорычала Саксони.
– Я говорю тебе – убей его.
– Я это сделаю, если ты назовешь мне его местонахождение.
– Нет, – возразила Эйрини, – убей его сейчас.
Она указала на призрачное воплощение Главы, который так долго рыскал в думах Саксони безликой тенью.
– Убей его, если хочешь найти его.
Саксони без колебаний направилась к Главе и потянулась за ножом, который подарила Карам: в отличие от магии, оружие по-прежнему было при ней. Девушка подумала о том, куда нанести первый удар. Она вспомнила, как много раз наблюдала за Карам, калечащей людей в Кривде. Саксони подумала: это может стать хорошей тренировкой перед тем, как она найдет Эшвуда по-настоящему и сожжет его, словно ветхий лист бумаги.
Ей казалось, это будет хороший день.
Саксони не размышляла о том, что сейчас в первый раз убьет человека, потому что Глава не являлся человеком.
Он повернулся к Саксони. Капюшон его плаща был соткан из ветра, поржавевшего и разложившегося до осязаемости, как будто этот ветер пытался пролететь сквозь незримое лицо Эшвуда, да так и застрял.
Саксони попыталась посмотреть Эшвуду в глаза. Однако у него их не было. Выше шеи виднелось лишь размытое пятно – словно смутное воспоминание о чем-то, увиденном мимоходом. Саксони знала, что у Главы есть лицо – должно быть. Однако девушка не могла представить его – даже сейчас, когда стояла перед ним и обратила взгляд в ту точку, где должны были находиться глаза.
– Я собираюсь убить тебя, – произнесла Саксони. – И в этой реальности, и в другой.
Глава ничего не ответил – быть может, потому, что у него не было рта. Но Саксони заподозрила, что он просто не стал бы говорить с подчиненными Уэсли в какой бы то ни было реальности.
Помимо собственной воли – даже зная, что это не тот Глава; по сути, не тот, кого она ненавидела, и уж точно не тот, кто забрал ее сестру, – Саксони спросила:
– Ответь мне, что случилось с Зекией?
Глава рассмеялся – пусть у него не было рта, и мужчина не дышал, – но смех этот звучал настолько громко, что его услышали деревья и закачали ветвями, присоединяясь к веселью. Он смеялся над глупостью Саксони, над ее попыткой договориться с грезой и пригрезившимся существом. Над тем, что она дерзнула договариваться о чем-то с Главой. А возможно, он просто смеялся – ведь так положено злым созданиям.
Как бы то ни было, Саксони ударила его ножом.
Наступил момент блаженства. Он длился половину от половины секунды. Кончик лезвия коснулся той точки, под которой должно было находиться сердце Главы. Металл пронзил слой плотного воздуха, покрывающий тело Главы. Это было великолепно и чудесно. Саксони слышала, как в ушах у нее стучит пульс.