– Невозможно! – выдохнула Карам.
Фигура спрыгнула с крыши здания. У Карам отвисла челюсть.
Вместо того чтобы упасть, человек полетел, точнее, побежал по воздуху словно по дороге.
Карам моргнула и повернулась к остальным, чтобы убедиться, на месте ли рассудок. Не началась ли у воительницы лихорадка от пулевой раны в плечо. Но все прочие тоже смотрели во все глаза на странную фигуру, несущуюся к ним по воздуху.
Только когда та изящно спрыгнула на крышу рядом с Саксони, Карам смогла рассмотреть лицо их неожиданной союзницы – и кривую ухмылку.
Тавия выпрямилась, отряхнула штаны и посмотрела сверху вниз на лица, высунувшиеся в окна поезда.
– Не рано ли вы отправились? – поинтересовалась она.
Глава 16
Уэсли
Уэсли уже два дня не видел солнца.
Освещение в поезде было тусклым. Пассажиры могли различать лица друг друга днем и без помех спать ночью – или в то время, которое они считали ночью.
За окнами не было ничего, кроме темноты. Она прерывалась лишь редкими лучиками света, пробившимися сквозь гравий и бетон подземных тоннелей, по которым сейчас мчался поезд. Однако эти пятнышки света пролетали так быстро, что практически не приносили облегчения. Уэсли полагал, могло быть и хуже.
Изрядную часть своей жизни он провел в потемках: в обществе темной магии и еще более темных личностей. Тоннели являлись самым безопасным способом попасть из Усхании в Рениаль.
Фальк вел для пассажиров отсчет времени по своим наручным часам, объявляя, который сейчас час. По этим объявлениям Уэсли и его импровизированная армия сверяли свой распорядок дня: трапезы, сон, пробуждение и бодрствование, наполненное бессмысленными действиями.
При отъезде из Крейдже они потеряли почти полдюжины фокусников. Оставшиеся все свободное время бродили по поезду, пристально глядя по сторонам – словно готовые в любой момент отразить новое нападение.
Прошло уже два дня. Оставалось еще три до прибытия в Рениаль, где они смогут найти безопасное убежище за пределами досягаемости Эшвуда.
Еще три дня ожидания.
– Наша самая большая проблема в том, что мы лишены элемента внезапности, – сказала Карам. – До тень-луны осталось меньше месяца. При нехватке времени на подготовку мы проиграем.
– Ты просто море позитива, да? – хмыкнула Тавия. – Расскажи нам еще что-нибудь о том, какое мрачное будущее нас ждет и как Глава перебьет нас всех.
– Только не тебя, – парировала Карам. – Я собираюсь лично убить тебя.
– Вдвоем вы несносны, – бросила Саксони.
– Я не собираюсь участвовать в самоубийственной миссии, – заявила Карам.
– Тебе было бы легче, если бы я не дал тебе выбора? – спросил Уэсли. – Я мог бы просто заставить тебя. Но я решил, что будет проще тебе заплатить. Удвоить твое обычное жалованье. Так пойдет?
– Я и не знала, какое обычное жалованье могу получить за то, что иду на смерть, – ответила Карам. – Или за спасение мира.
Уэсли едва не вышел из себя.
– Мы спасаем место, в которое я очень много вложил. Не надо делать из меня хорошего парня. Это меня удручает.
– В этом костюме тебя никто не примет за хорошего парня, – возразила Тавия. – Вид у тебя такой, словно ты ограбил какого-нибудь бандита.
Уэсли напустил на себя безразличие.
– Но это был очень респектабельный бандит.
Он сел поудобнее. Они вчетвером собрались в основном вагоне. Как полагал Уэсли, этот вагон когда-то давно принадлежал к первому классу. Но сейчас окна были выбиты пулями. В них беспрепятственно влетал холодный воздух. На протяжении всех двух дней Уэсли и его «штаб» строили планы, а Карам утомительно-многословно обсуждала стратегию.
Фокусники Уэсли спали, ели и при помощи мешочков с фокусами устраивали друг другу каверзы – лишь бы скоротать время и ослабить напряжение, порожденное ожиданием гибели. Они играли в карты, флиртовали и затевали драки, разбивая посуду и носы друг другу.
Все это время Уэсли занимался только построением планов. Это было невероятно скучно.
Однако он брал на заметку слова Карам и Саксони. Когда мог, предлагал решения. Юноша радовался, когда девушки говорили о нем что-нибудь ужасное, и фыркал, стоило им произнести что-то неприятное друг о друге. Он слышал каждое их слово и замечал любое действие.
Но по большей части внимание Уэсли было направлено на Тавию. Та сидела рядом. От нее все еще пахло порохом и магией.