– Не знаю, – ответила Тавия искренне и почти угрюмо.
– Не знаешь?
Тавия произнесла, пожав плечами:
– У грез есть кое-что общее со снами – они приходят по ночам.
– А потом исчезают, – дополнил Уэсли. Тавия бросила на него странный взгляд.
– Моя мама всегда говорила, что следует прислушиваться к тем, которые остаются с тобой и требуют, чтобы ты за ними последовала.
– Звучит как-то банально.
– Предполагалось, что это вроде как утешает. Так и поступают родители, Уэсли. Они придумывают красивые слова и истории, чтобы нам самим не пришлось додумываться или выискивать где-то еще. В какой-то момент ты начинаешь верить этим словам, тебе становится лучше.
Уэсли поерзал и отвернулся.
Он был рад, что у Тавии остались подобные воспоминания. Банальности и притчи, которые утешали ее, когда мир вокруг становился слишком мрачным. Юноша был рад, что она запомнила добрый материнский голос и даже сейчас старалась держаться за эти воспоминания.
Но Уэсли никогда не мог сделать то же самое. Единственная мудрость, которой научил его отец: никогда не создавай себе больше одного врага разом. Иначе тебе придется повернуться к кому-то из них спиной, присматривая за остальными.
По правде говоря, Уэсли почти не помнил своего отца – прежняя жизнь казалась ему настолько чужой, что парень не озаботился сохранить из нее хоть что-то. Однако подобные предупреждения ему запомнились. Если что-то и любил его отец – а Уэсли он не любил точно, – так это изрекать предостережения.
Уэсли попытался стряхнуть с себя это ощущение, но Тавия не сводила с него взгляда. Под этим взглядом странное чувство усиливалось, доходя едва ли не до тоски. Фокусница сидела рядом и целеустремленно молчала – как будто задала ему вопрос и знала, что парень не ответит, но на всякий случай хотела оставаться здесь.
Уэсли вытащил из крыши нож Тавии и со вздохом протянул обратно ей.
– Воло и не подозревает, что его ждет, – изрек он.
– А почему ты думаешь, что я отправлюсь туда после отъезда из Крейдже?
– Это все, о чем ты говорила, когда мы были детьми.
Тавия задумчиво улыбнулась:
– Ты запомнил.
По правде говоря, Уэсли помнил все, что кто-либо когда-либо говорил ему. Однако особенно хорошо смотрящий помнил все, что касалось Тавии. Если кого-то впускаешь в душу, выдворить его оттуда уже никак не получится.
Он знал, что должен оставить это в прошлом. Только вот Уэсли уже избавился от своего прежнего «я» до такой степени, что хотел сохранить хотя бы это. Когда Тавия покинет Крейдже, все будет кончено. Уэсли больше никогда ее не увидит. Рано или поздно они забудут друг друга – девушка, вероятно, раньше, а он позже.
Уэсли станет Главой, а Тавия – странницей. Быть может – так же, как это случилось с его родными, – в один прекрасный день они встретятся на улице и пройдут мимо, не узнав друг друга.
Уэсли понимал: им не суждено стать чем-то большим, нежели временные союзники, которые остаются рядом лишь до тех пор, пока судьба не даст Тавии возможность отправиться куда-то еще.
Но сейчас Уэсли хотел помнить все – до тех пор, пока может.
– Ты когда-нибудь вспоминала о том, как несколько лет назад мы удирали от миростражников? – спросил он. – Мы тогда еще оказались заперты в том тупике у моста.
Тавия фыркнула:
– И у нас не было ни одного ножа. Не оказалось даже защитной магии или чего-то, способного заставить их потерять нас из виду хотя бы на минуту.
– Ничего, кроме дешевого талисмана преобразования.
– Во имя Сонма Богов! – Глаза Тавии вновь заискрились озорством. – Мы применили его для того, чтобы пройти через ближайшую стену.
– И прямо в бордель, – дополнил Уэсли. Тавия широко ухмыльнулась.
– Должно быть, выражение наших лиц было неописуемое. – Она едва удерживалась от смеха. – Я никогда не видела так много голых людей.
– Предпочитаю думать, что мы неплохо справились с этим потрясением, – сказал Уэсли. – И кроме того, это лучше, чем угодить в тюрьму. Прежний смотрящий избил бы нас в кровь, если бы мы попались миростражникам.
– Особенно если бы это случилось потому, что у нас по нашей же глупости закончилась магия, – согласилась Тавия. – Полагаю, тебе больше нет нужды тревожиться об этом. – Она посмотрела на Уэсли, все еще улыбаясь. – Теперь у тебя есть сила Мастеров. Ты чувствуешь себя как-то иначе?
Уэсли поднял голову, чтобы девушка могла как следует рассмотреть его.
– Разве я выгляжу как-то по-другому?