Вот и получалось: Самый Главный Бар Города Старая Башня. СГБГСБ.
Он был построен ГМГ для ГМГ. Но было одно «Но».
В СГБГСБ было две комнаты. И одна была чуть раскошнее другой, для ГМР. ГМГ там не сидели, потому что им хватало комнаты похуже и потому что объектино комнаты ничем не отличались, и если бы ГМГ сидели бы в первой комнате, то ГМР ПОДУМАЛИ БЫ, что ГМГ их не ценят и обиделись.
.
.
.
Но самое главное не это. Главное то, что у Олежи случился экзистенциальный кризис.
– Зачем это все??!! Зачем мы живем!!?? Кто будет читать нашу историю??!! Мы никто, мы даже внутренних ВОЛКОВ убить не можем!!! – Рыдал Олег, связанный, пусть и без кляпа, но все равно. Рядом фыркала на него Муся, которая сначала смеялась с потуг Олежи познать смысл существования, а потом вы даже не представляете, как он ей надоел.
Они сидели в СГБГСБ, перед ними сидели ГМР, которые приехали посмотреть на эпидемию безумия в СБ. Скука, как мы помним, главный враг человека. Особенно – властьимущего.
А тут еще двое волкозависимых. Весело!
– Я поняла! Я поняла, что может убить ВОЛКА! – крикнула Муся. – Нужно найти злого!! Злого в этой истории!!
ГМР и ГМГ, на которых ГМР положили ноги, зааплодировали. ГМГ справились и с этим, знаете ли, сложно аплодировать, когда на твоей спине ноги.
.
.
.
После аплодисментов – тишина. Только брынчали подносы на ногах ГМР, это ГМГ приносили кушанья своим сюзиренам. Вот и не скучно – уже понимаешь, что ты не самый-самый, и есть куда рости. ГМГ никогда бы не признались бы вам, что даже любят, когда ГМР приезжают и им приходится прислуживать. Такова природа власти – ты либо раб, либо тиран. И каждая из этих ипостасей содержит другую на оборотной стороне.
.
.
.
– Что ж, мы простим вас, если покажите нам что-то интересное. – Сказал Урлименко, губернатор района. Он держал ноги на Берлименко, мэре СБ. Кстати, на Токарском держал ноги Докарский, на Чално – Читно, на отце Игнатие – отец Савелий, на Вожеватом – Прожеватый, на Нефедове – Дафедов.
– Потрясающе! – Сказала Муся. – Я ведь не только философ, но еще и актер. Да, Олежа?
О. почему то жутко испугался, и просто кивнул.
– Что ты киваешь, придурок... – зашипела Муся. – Это поможет нам найти ВОЛКА и мы возымеем смысл жизни!
Олег снова кивнул, только на этот раз тихо сказал «угу».
Тем временем карлик по фамилии Малодуменко-Дальшебудский резал... резал... РЕЗАЛ ВЕРЕВКИ на запястьях О-лежи и Муси. Первый, от неожиданной свободы снова прорыгался, Муся отскочила от него а ГМР засмеялись и захлопали.
– Уже весело!! – Сказал Прожеватый и затушил сигару о пиджак Вожеватого. ГМР согласно закивали.
– Хм, весело?! – Сказала Муся. – Ну-ну. И вы согласно кивать?! Веселить вас это наше все. – Продолжила она. Да, да, так и продолжила. Малодуменко-Дальшебудский тоже заорал и запрыгал. Наш новый персонаж и так веселился целый день, 24 часа в сутки. Он был счастливым человеком, да, да. И дело тут не в дворянских кровях. ДЕЛО В БЕЗУДЕРЖНОМ ВЕСЕЛЬИ. Попробуйте не радоваться жизни, когда ты – Малодуменко-Дальшебудский. Карлик был весел и воодушевлен.
– Я показать вам доброго близнеца. – Сказала Муся. – Кто такие близнецы? Кто знать?
ГМР пороняли пищу из рук, которая даже немного попадала и досталась ГМГ. Последние получили нагоняй посредством башмака, и вернули грязную, с пола, пищу ГМР. Тем было безраззлично, какая она, лишь бы не досталась нищим. Это обычная пищевая цепочка, ничего удивительного. Те, кто сидит на полу – ниже тех, кто сидит на стуле. Вот и все.
Ах да – ГМР выронили пищу с рук, потому что эти руки подняли и заголосили:
– Я знаю, Я! – кричали они.
Муся подошла к одному из кричащих, Прожеватому:
– Ну?
– Близнецы – это похожие абсолютно люди! – довольно сказал Прожеватов.
– Именно. – Сказала Муся. – А в чем разница между злым близнецом, и добрым?
– Эм... ну...