В бешенстве я сжег все письма. Олежа долго плакал над пеплом, но потом проделал удивительную вещь: он своей же рукой восстановил письма по памяти…
Этот доходяга в те, письма, что не помнил, лепил отрывки из любимых книг. Настолько сильно было желание сохранить хоть что-то, хоть ощущение переписки с Аделей. Еще один намек на то, что у них, без каких либо телесных контактов, была любовь и что спор выиграл Виктор.
Меня еще больше это разозлоило. Я пошел к друзьям, тогда начинался карнавал, и судьба поспешила отлупить меня еще одной неприятностью...
«Костюмы и смерть Карнавала»
Это сцена 41.
В ролях:
Аделина в костюме *сами узнаете, читайте*
Раиса в костюме *сами узнаете, читайте*
Виктор в костюме *сами узнаете, читайте*
Лев в костюме *сами узнаете, читайте*
Читать: медленно, вдумчиво, а то ведь не будет толку то.
Черно-белая, дрожащая камера показывает, как в комнате расставлены стулья полукругом. На них – студенты в белых халатах, каждый в них похож один на другого, в белых шапочках, в белых тапках... а нет, это у многих туфли белые, что вы, что вы, не дождетесь. Между стульев – беседы, перед стульями в созданном ими же полукругу – мечаться девушки. Девушки носяться с разными костюмами. Там есть все – и животные, и птицы, и твари из народной небылицы! И красные шапочки, и черные ВОЛКИ, и белые медведи, и коричневые дубы (да, да, костюм дуба), и розовые фламинго, и зеленые слоники (розовый и зеленый – единственные цветные компоненты на экране)! И мягкие костюмы, и твердые! И большие, и маленькие! Девушки примеряют костюмы к парням, сидевшим на стульях. Вот и все, все просто. Карнавал ведь грядет. Старобашненский карнавал! Маскарад! Маскарад! Маски – в ряд! Маскам – рад! И в полночь эти маски не слетают, нет! В полночь эти маски только начинают прикипать к изголодавшейся по солнечному свету коже лиц!
Конец съемки. Начало – представления!
Итак, все смотрят на Аделину и Раису. Те две – фыркают друг на друга, носятся с костюмами, фыркают на тех, кто окружает их – на будущих коллег-медиков.
Те – галдят как птицы, и вот те на – есть у этих двух фыркающих барышень костюм птиц. Рая дает студентке костюм в перьях и вот она уже и как бы птица, и летит оголтело через окно в балаган-карнавал, в цветное кружение оранжевого и синего, не веря в реальность происходящего. Аделя дает мужской вариант костюма студенту с соседнего потока, и вот он уже и как бы птица, и летит оголтело через окно в балаган-карнавал, в цветное кружение оранжевого и синего, не веря в реальность происходящего.
Две эти фыркают так реалистично, что получают сами от себя костюмы лисиц, а рядом горлопанят их коллеги, орут как обезьяны, и вот те на – есть у этих двух лисиц и костюмы обезьян, и вот уже ряженные в костюмах приматов выпрыгивают в окно, где пестрит карнавал.
А еще некоторые – большие и тихие, но обладающие таким хорошим голосом, и харизмой – получают костюм кита, один, на троих. В окно он не помещается, те пытаются выйти через дверь, тоже не проходит. Тогда все трое китов выходят из костюма, потом – из комнаты, а потом уже входят, протащив костюм разобранным, в карнавал.
Есть там всякие животные... и все у них, как у людей. Но нас вот интересуют люди, о которых мы читали ранее. Остаются Виктор Палец, Аделина и Рая. Если бы это была сцена, а это, в принципе, сцена и есть, то на них падают лучи прожектора, так уж и быть. Еще несколько лучей прожектора освещают:
- Пустой стул рядом с Виктором.
- Костюм Волка.
- Косюм Льва.
– Витенька. – Сказали Рая и Аделя в один голос. После этого они переглянулись, как это, сказать что-то в один голос с этой... с этой... Но с гневом и ненавистью (обоюдной) девушки справились и продолжили, снова в один голос:
– Надень костюм...
– Волка. – Сказала Рая.
– Льва. – Сказала Аделя.
– Вообще-то, костюм Льва носит Лев.
– Вообще-то, мы всегда за разнообразие. – Сказала Аделя. – Да, Витя?