Но вот фактор субъективности присутствовал. Только это была не слепая вера, а знание. Человек такого уровня интеллекта, как Палец, не может верить. Факт чего-то либо есть, либо отсутствует. Но не в один момент времени. Это не кот Шредингера. Это либо есть, либо нет. И в одну секунду может быть только одно.
Избыток субъективности для Палеца был грехом. Интересно, правда – у других людей этот избыток приводит к списку грехов, а у Палеца таковым является сам избыток. Объективные факты – вот что было понятно и приятно ученому.
Посему любой ученый инстинкт причастия к чему-то высшему, большему, заменяет на другой.
Инстинкт воплощения идей! Вот как это звучит!!
Этот инстинкт восходит к боязни одиночества, которая, в свою очередь, инстинкт и самосохранения, и размножения.
Вам, видимо, никогда не кричали: «да ты псих! Ты сумасшедший!», если вы думаете, что это не самый страшный из всех посвистов, на который способна толпа или тот, кто эту толпу представляет. Иные, из добряков, конечно скажут по-другому: «да ты в иллюзиях живешь! Ты этот... Мечтатель !!» И это звучит как порицание, как призыв к тому, что нужно работать, а не мечтать. Потому что никто из большинства не станет говорить, что мечты это работа. И, тем более, никто из большинства не станет думать, что вся их повседневность и рутинный быт продукт чьих-то грез. Большинству просто невдомек, что мечты могут сбываться.
Посему и любой мечтатель ставит за первостепенную цель – осуществить эту самую цель.
Какой бы она не была.
К иллюзии ли относится вера в загробную жизнь? Правы те, кто утверждает, что смерть это конечная станция или лишь переход? Кстати, любая конечная остановка это тоже переход – от движения на автобусе к движению пеши...
В любом случае, люди, прекрасно зная принцип «движение – это жизнь» хотят применять его и после смерти. Никто не хочет застревать на конечной станции, да еще и навечно. Посему, раз душой наделили дождь или того, кто управляет дождем, душой можно наделить и себя. Тело после смерти отмирает. Это факт. Это проверено за десятки тысяч лет полностью, проверено и доказано. А душа-то? Никто не знает...
Палец знал.
Не слепая вера нависала перед его внутренним взором, а рациональное, добытое эмпирическим путем знание.
Концентрация – еще одно свойство, нужное ученому. Посему Палец умел фокусироваться на предмете исследования. Даже очень. Вот и сейчас, когда чудо машина искрилась десятками молний, Палец не замечал ничего, кроме её работы.
.
.
.
В Логове Палеца была самая большая операционная. Она отличалась тем, что там была большая штуковина. Достаточно только сказать, что она состояла из множества блоков питания, проводов, труб, материнских плат усеянных транзисторами и конденсаторами, были рычаги и панель управления, множество измерительных приборов, ламп накаливания, диодов, генераторов, усилителей и т. д.
Это был некий сатанинский агрегат, и, впрочем, узнай любой из церковнослужителей, что с помощью этого механизма собирался сделать Палец, то все они, независимо от конфессии и религии, признали бы эту машину – аппаратом дьявола, а Палеца – чудовищем.
Впрочем, им Палец был и так.
Рядом с неизвестным аппаратом, который описан с горем пополам только что, там был, конечно же, операционный стол и, рядом с ним, находился столик для хирургических инструментов. На полу, грязном, пожелтевшем от времени, несмываемой грязи и последствий операций, тянулись сонмища проводов.
Через них перепрыгивали Сладкостелящев-Жесткоспадский и Фонзайдель. Карлики, которые, при ближайшем рассмотрении, не такие уж и карлики, сновали туда-сюда. Сначала они носили инструменты, потом – необходимые колбы с лекарствами, потом – банки побольше.
Вернее назвать то, что сейчас завертелось в руках ассистентов Палеца – емкостями. В них бултыхалась особая жидкость, к ним была подключена особая аппаратура, которая обеспечивала:
1. Постоянный приток в жидкость кислорода.