"Говорили же:
"Нельзя рыгать на стол"
"Нельзя прыгать на спину соседям"
"Нельзя кусать рыбок в аквариуме".
Персоны отвечали:
«Можно рыгать на рыбок в аквариуме!»
«Можно прыгать на стол!»
«Можно кусать спину соседей!»
Появлялось:
«Нельзя рыгать на рыбок в аквариуме!»
«Нельзя прыгать на стол!»
«Нельзя кусать спину соседей!»
Персоны отвечали:
«Можно рыгать на спину соседей и стол!»
«Можно прыгать на рыбок в аквариуме и спину соседей!»
«Можно кусать стол и рыбок в аквариуме!»
Появлялось:
«гуси!»
«гуси!»
«гуси!»
Персоны:
«псы!»
«псы!»
«псы!»
Говорят, что после этого семейство трактирщиков Лососевых-Маленьких хотело еще вывесить табличек. Но не стало. Говорят, что после этого отец семейства трактирщиков Лососевых-Маленьких застрелился, а сыну завещал повеситься. Но он, всегда идущий наперекор отцу – застрелился тоже, что, можно рассматривать как подражание родителю. Потрясающе, да – всю жизнь хотеть быть не похожим на отца, а сдохнуть как он. Говорят, что после этого семейство трактирщиков Лососевых-Маленьких вымерло. Но мало ли что говорят…
Вернемся к нашим Балаган-Персоновым!
Я сказал – балаган персоновым!!!
Ага, вот – выходят.
Три кобылы отстукивают ритм... Погодите-ка. Одна кобыла. И не отстукивает – каблуки мужские.
В любом случае посетители в шоке, а оставшийся в живых Лосесевы-Маленькие нервно кушают похер. Так называется фирменный хреновый суп в этом захолустье. Суп «Похер». Да, так и называется хреновый суп, но дело не в качестве, а в ингредиентах, пожалуйста, не путайте. Впрочем, можете и путать. Похер.
Похер и Андрею. Да, идет именно он, а не Сережа или Алеша. Или Алеша и Сережа вместе без Андрея. Или Андрей только лишь с кем-то одним из коллег.
Нет, именно Андрюша. Он хороший, он идет в бордельню. Так и шепчут из подворотни, неистово, но глухо: «Мужикобаба идет совокупляться!!!» Да, да. Никогда в подворотнях Старой башни не скажут «ебаться» или «трахаться». Там все интеллигентно. Что вы! В подворотнях города этого всегда собирались образованнейшие люди.
Андрей тоже любил похер, но дело не в супе. Дело в состоянии души, и имелся в виду не ремонт. На ремонт Андрюше было похер.
На посетителей и трактирщиков – тоже.
Кстати, вы, должно быть, спросите – почему из подворотен шептали, что Андрюша идет совокупляться, хотя он шел в «Маленький лосось»? Все дело в том, что там на втором этаже был бордель. А узнали местные крысы, что Андрей на блядки – по одежке. Если женская – шли бухать. Если мужская – совокупляться.
– Вина и шлюх мне! – гаркнул Андрей, когда ногой открыл раздолбанную дверь бара. Следующим шагом он раздавил жирную белую крысу, бежавшую с куском тунца в зубах.
– Желаете сначала шлюх, а потом вина, или как? – постарался гаркнуть еще один сын Лососевых-Маленьких, который мог бы, конечно, продолжить род Лососевых-Маленьких, но был геем. Кстати, от несправедливости, что застрелился именно натурал в семье, мама их тоже застрелилась. Собственно, кроме голубого бармена, больше Лососевых-Маленьких на всем свете не было.
– Сначала вина и шлюх – потом все остальное.
– Сию одну миллионную секунды. – Сказал голубой Лососев. С этим раздроблением мгновения Лососев связывал именно балаган. Когда-то…
В общем – пришли Барбара, Юнона и Муся к Лососеву. Тот подождал, пока все посетители убегут, и стоял, стараясь не реагировать на дергающийся глаз. Персоны тоже смотрели на него. У Лососева задергался левый указательный палец. Персоны продолжали сверлить взглядом. Лососев стал понимать, что глаз от напряжения лопнет. Персоны наклонили головы и стали смотреть исподлобья с ироничным выражением. У Лососева задергалось вот то самое оно. Да нет, не то! Сзади. Ну, анус.