— Что ты со мной делаешь?.. - прохрипел он.
Вероника сделала шаг назад, замерла на месте, а затем сняла платье с одного плеча. Не давая себе возможности передумать, она повторила то же действие с другой стороны. Он практически тут же стал гладить ее обнаженную грудь, а затем припал губами к соску. Она откинула голову назад и застонала.
— Как… расстегнуть это платье? - спросил он, не отрываясь от ее груди. Вероника потянулась к замку на пояснице, но он быстро отреагировал. — Я сам хочу тебя раздеть.
Он расстегнул короткую молнию, и платье само упало к ногам. Затем он двумя пальцами оттянул кружевные трусы, заставляя ее застонать ещё сильнее.
— Это безумие, - протянула она.
— Лучшее его проявления, - ответил он, стягивая с нее трусы. Затем его пальцы уже нащупали ее слабое место. Он поглаживал ее между ног, шептал непристойности на ухо, будто кто-то мог их услышать, она же не отталкивала, не останавливала его, а лишь таяла в его руках.
И пока он изучал ее тело, она потянулась к ремню на его брюках. Если уж и тонуть в этом омуте, так до конца. В считанные секунды его брюки были на земле, там же, где ее платье. Туда же полетело нижнее белье.
Вероника огляделась, не понимая, как они могут продолжить. За ее достаточно долгую сексуальную жизнь ей не приходилось заниматься этим в лесу, где нет ни палатки, ни пледа. Поэтому на пару секунд она растерялась, но ее спутник будто бы не видел никаких проблем. Он вообще кроме нее как будто ничего не видел.
— Ты прекрасна, - в очередной раз выдохнул он, гладя ее по ягодицам и целуя в шею.
— Что мы… будем делать?
— А ты не знаешь? - усмехнулся он, проникая снова в нее пальцами.
— Ах… — застонала она и зажмурилась.
— Да, именно это, - ответил он, наблюдая за ее реакций на свои действия. Затем он сел на свой пиджак, упираясь спиной в дерево, и потянул ее к себе.
— Садись и направляй, - приказал он ей. Долго уговаривать не нужно было, она и так была на грани. И когда он вошел в нее, ей было достаточно пару толчков, чтобы ощутить, как внутри нее лопаются маленькие пузырьки, растекаясь по всему телу. Но ему было мало - он двигался все быстрее и глубже, заставляя ее снова и снова сходить с ума и терять рассудок. Его язык жадно облизывал то один сосок, то второй, а руки сильно давили на ее бедра, заставляя садиться все ниже и ниже.
И когда они оба задрожали и застонали в унисон, Вероника поняла, что даже не знает его имени.
***
«Ты его больше не увидишь! Ты его больше не увидишь», - повторяла она себе это всю дорогу обратно в загородный клуб. Она старалась идти быстрее, не оборачиваясь на своего незнакомца. Она слышала, что он идет где-то сзади, этого было достаточно, чтобы ускорить шаг.
Как только к ней вернулось чувство реальности, она тут же натянула на себя одежду и бросилась прочь от него. Но он, видимо, не умел читать мысли, поэтому тоже быстро оделся и побежал за ней по тропинке.
— Я вернусь через кухню… а Вы…
— Думаю, мы уже можем перейти на «ты».
— Это ни к чему, - резко ответила она и прибавила скорости. — Вы вернитесь на террасу.
Он в шутку отдал ей честь и побрел в другую сторону. Она проводила его взглядом, понимая, что совершила самую большую ошибку в своей жизни. Но почему-то ей сейчас хотелось снова оказаться на том берегу.
Помотав головой, она как бы выкинула дурные мысли из головы и прошла к двери на кухню. К счастью, та была не заперта, и ее план увенчался успехом. Справа от кухни располагалась небольшая ванная комната, туда Вероника и забежала, чтобы привести себя в порядок. К счастью, и прическа, и платье остались целыми после этих безумств, но помада… все ее лицо было в красной помаде, которая размазалась от поцелуев. Она дотронулась до своих опухших губ, прикрыла глаза и будто почувствовала его прикосновения, аромат и…
— Черт! Нет! Забудь! Этого не было! - пригрозила она сама себе в зеркало. Она быстро нашла ватные диски, смочила их и тщательно стерла помаду, надеясь, что он тоже догадается зайти в ванную. Скорее всего, его лицо также измазано красным, и можно догадаться, от чего. С другой стороны, мало ли с кем он там мог обжиматься.