Так что о сурхаке я не думал и не искал встречи с ним. Он сам меня нашел. Опять вышел к стоянке вечером, но на кобылу не покушался. Просто остановился на границе видимости и ждал.
Мяса было много – днем я проверил один из своих силков и обнаружил в нем косулю, так что я лишь пожал плечами и кинул ему часть грудной клетки. После того, как я срезал мясо, на костях его еще оставалось достаточно.
Волк привередничать не стал. Набросился на угощение и долго смаковал каждую кость – я не мешал ему, ожидая, что же будет дальше. Но он, закончив трапезу, поднялся, облизнулся и исчез в ночи.
Так продолжалось еще с неделю, когда мне это надоело.
Сурхак заявился, как обычно вечером, но угощать его я не стал. Вместо этого я решил поговорить с ним.
«Если ты голоден, подойди», – я похлопал по куску мяса, лежащему справа от меня на траве. Костер ярко освещал поляну, поэтому мое движение не ускользнуло от его зеленых глаз.
Волк медлил. С одной стороны, он пришел подкрепиться, а с другой, видя, что еды ему не дают, не спешил убегать. За неделю он окреп, и уже не шатался на тощих лапах.
«Возьми», – я снова шлепнул рукой по куску.
Сурхак чуть помедлил. Оглядел поляну, мотнул головой и все же решился. Медленно подошел ко мне. В каждом его движении скользила готовность мгновенно сорваться с места и убежать, лишь я пошевелюсь. Но я не двигался. Просто смотрел на него.
Волк подошел и остановился. Предчувствуя подвох, он наклонил голову к куску, не отрывая взгляда от меня. Его тело было взведенной пружиной.
Я не шевелился. Он изловчился и сделал выпад, хватая мясо зубами и тут же оттаскивая его на три-четыре шага. Я не сделал попытки ему помешать. Лишь заговорил в тот момент, когда он начал есть.
«Я буду кормить тебя, но при одном условии, – уши его насторожились, но есть он не перестал. Точнее, он не ел, а жадно поглощал пищу. – Если ты будешь полезен. А иначе, зачем это мне? Мясо стоит моих трудов, а ты за него не платишь. Ты слышишь меня?»
Он что-то вякнул в ответ, продолжая есть.
«Отлично. Завтра мне предстоит сложный переход через реку. Ее патрулируют особенно тщательно и я буду благодарен любой помощи. Если ты предупредишь меня о засадах, получишь столько мяса, сколько сможешь съесть».
Волк посмотрел на меня и оскалился. Он расправился с мясом и задерживаться не стал, ничем не показав, что понял меня.
Однако, на следующий день он все же выполнил мою просьбу. Я ехал вдоль тракта, когда он выскочил передо мною и загородил дорогу. Моя лошадь взвилась на задние ноги и мне не сразу удалось ее успокоить.
Волк повел меня вглубь леса, отчего мне пришлось спешиться и вести лошадь в поводу. Так мы обошли дайновский секрет и спокойно миновали границу. Волк выполнил свою часть договора, и мне пришлось сдержать слово. Уже поздно вечером мы выехали к деревне, где я смог украсть для него тушу поросенка.
Этот день стал для нас переломным. Сурхак научился доверять мне, а я постепенно смог приручить его. С тех пор он всегда со мной.
– Тебе повезло, – она взяла предложенный матросом прут с истекающим жиром мясом. – Похоже, что ты первый человек, которому удалось приручить сурхака.
– Я слышал, – Ботис передал мне один прут, а сам начал неторопливо объедать мясо со второго. – Что в армии Императора, есть целый батальон, сражающийся бок о бок с сурхаками. Но, говорят, их бьют нещадно и морят голодом, чтобы они были еще злее, и на врагов бросались.
– Я Уфуса не бил ни разу. Мы партнеры. Когда у меня удачный день – я кормлю его, когда нет – наоборот. Все честно, – я пожал плечами, пробуя горячее мясо.
Пираты ели молча, без жадности, не спеша, смакуя каждый кусок. На мой вкус, мясо было жестковато и слегка переперчено, но пустой желудок был не особо привередлив.
Мы выехали с рассветом и сразу взяли хороший темп. Оленсис распорядилась насчет авангарда, с которым убежал и Уфус. Я не стал его удерживать.
Сегодня я чувствовал себя совсем здоровым. Рука уже не стесняла движений – еще пару дней и я вовсе забуду о ране, а все благодаря чудесному средству, на которое я не поскупился в деревне.
Оленсис сегодня была молчалива и задумчива. Она не смотрела вперед или по сторонам – только на луку седла, и теребила в руках свободный конец повода. В конце концов, я не выдержал и поравнялся с ней.
– Нервничаешь?
– А? – она вскинула голову. – Да. Мне еще не приходилось так открыто выступать против мага.