— Пойдём. Подумаем, что делать дальше.
Эльтон не отреагировал. Тот повторил, но он словно вообще нас не слышал. Может быть так оно и было. В какой-то момент с повернулся к нам, посмотрел со злобой и отчаянием.
— Это неправда. Должен быть способ перебраться.
— Вот пойдём и придумаем.
— Ты просто так сдаёшься? Холодная вода, бред какой-то... Раз так, я пойду один. Без вас как-то справлялся раньше, и сейчас справлюсь!
Рощин быстро подошёл к нему, протянул руку, намереваясь, наверное, потянуть назад. Но тот её отбил. И шагнул вперёд. Впрочем, бывший глава группы операторов не растерялся. Даже совсем. Он резко схватил его за здоровую руку, дёрнул вниз. Потом коротко ударил по груди, по ране. Это полностью отбило все попытки сопротивления. Вскрикнув, Эльтон сжался на земле. Не обращая на это внимания, Рощин потащил его обратно к деревьям. Там же стоял я. Стоял и молча наблюдал за происходящим. Прекрасный способ пресечения неподчинения. А с виду и не скажешь, что он такой сильный.
Дотащив Эльтона до ближайшего древа, Рощин облокотил его о ствол, присел рядом.
— Что ты творишь? — выдавил Эльтон.
— Я не собираюсь позволять твоей глупости брать верх. Если уйдёшь сейчас, точно не выживешь.
Рощин посмотрел ему в глаза.
— Что тебе там так нужно?
Но тот не ответил. Рощин встал, посмотрел на меня. Я был напряжён. Возникло ощущение, что сейчас и до меня дойдёт очередь.
— Подождём, пока он придёт в себя, и всё обсудим, — доброжелательно сказал Рощин. И на фоне сжавшегося под деревом Эльтона его доброжелательность смотрелась угрожающе. Внезапно он спросил. — Ты нормально себя чувствуешь, Зар?
— Нормально.
— Голова не болит?
— Нет.
— Может, слабость?
Я покачал головой. Он смотрел на меня с тем же изучающим выражением, словно хотел запомнить каждую деталь моей внешности или разглядеть что-то внутри.
— Ладно.
Он подошёл к склону, стал смотреть на лес за рекой, совсем не двигаясь. А мне всё больше становилось не по себе. Странно, Рощин не делал ничего плохого и оставался спокоен, но находиться рядом было некомфортно. Словно в любой момент маска адекватности могла сойти, и он сделал бы что-то безумное. И на самом деле, так, наверное, и было. Ведь вряд ли человек, который столько лет провёл в одиночестве, останется абсолютно разумным.
Даже мне становилось холодно. Дул ветер, и что-то мелкое падало с неба. Я присмотрелся. Это был снег. Пока мелкий и бесформенный, но что-то мне подсказывало, что в ближайшее время он не закончится.
Эльтон встал, посмотрел в небо. Выражение у него было такое, словно он видел самую мерзкую вещь в жизни. Качнув головой, он подошёл к Рощину, сказал:
— Пусть, мы не можем перебраться через реку, но можно вернуться к каньону и пройти по Коридорам. Ты ведь знаешь, как в них ориентироваться?
— Проблема не в направлении. Это как раз самое простое.
— А в чём тогда?
— В опасности. Коридоры, подвалы и прочее — это любимые места больших алгиенов. Ты регент, Эльтон?
— Считай, что сейчас нет.
— Тогда спускаться туда нельзя. Все проходы будут обвиты паутиной, мы просто не пройдём. А даже если бы ты был регентом и мог разрезать их нити, мы всё равно застряли бы там надолго — пришлось бы искать еду, как-то выживать и ориентироваться. В глубоких Коридорах своя жизнь, свой микроклимат. Я никогда туда не спускался именно поэтому. И, несмотря на то, что я примерно знаю, в какую сторону идти, не факт, что это поможет. Нам всё равно пришлось бы разбираться в этом.
— Значит, вариантов нет?
— Есть один. Напротив моего дома через реку проходит труба. Идти по ней без страховки так же опасно, как плыть через реку зимой. Но если у тебя есть верёвка...
Эльтон покачал головой.
— Хорошо. Если ты найдёшь здесь верёвку, сможешь перебраться. Проблема в том, что я обыскал здесь всё и ничего подходящего не нашёл. Скорее всего, не найдёшь и ты.
— А зимой река не замёрзнет?
— Нет. Она горная, видишь же по течению.
— И что остаётся?..
— Зимы короткие. Не проще ли просто переждать?
Эльтон долго молчал. Рощин покачал головой, предложил:
— Пойдём ко мне. Согреетесь, отдохнёте. Может, что-то в голову придёт.
— У тебя здесь есть дом?
— Конечно. Если бы я ночевал в таких местах, но дожил бы до этого дня. Это недалеко. Пойдём.
Это действительно было близко. Мы всё ещё поднимались. И, преодолев очередные заросли, снова вышли к реке. Это был относительно не заросший берег, тоже склон. Я замер на краю, удивлённо разглядывая её. Река было просто огромной, по сравнению с тем, что мы видели раньше. Шире и глубже. И если раньше можно было вполне спокойно перебраться вплавь, то здесь эта мысль вызывала неприятные мурашки.