Парень наклонился к нему, сказал:
— Знаешь, я немного ошибся. Такие, как ты, не попадают в Рей. Такие, как ты, подыхают раньше.
И парень снова ударил. На этот раз он коротко вскрикнул, заставив меня вздрогнуть. Я схватил парня за руку, закричал:
— Прекрати! Оставь его!
— Отвали, малой. — Он лишь слегка махнул рукой, но я чуть не потерял равновесие. — Видишь, кто он, и тебе его жалко? Или ты тоже?..
Я попятился, но он уже потерял ко мне интерес.
— Какое хорошее место ты выбрал. Угол между зданиями. Думал, я тебя здесь не найду? Мне это на руку, тут тебя никто не услышит. А теперь, — парень поднял его за шкирку, прижал к стене, — давай посчитаем сколько раз ты крал что-то у меня, у моих друзей, ещё у кого-нибудь. Начнём с конца. Итак, трубки у меня — раз.
Очередной удар, на этот раз головой о стену. Он закричал во весь голос:
— Помогите!!!
Будто в этом был смысл.
— Карту руководителя — два.
Ещё удар. А потом ещё и ещё. Я просто стоял и смотрел. Я не мог ничего сделать. Или боялся?..
В какой-то момент первый взял меня за руку и попытался увести, но я вырвался, даже не взглянув на него.
Когда парень закончил, он уже перестал кричать. Несколько секунд он без движения лежал на снегу, а потом появились какие-то люди, одетые в чёрное, и унесли его. На меня никто не обращал внимания. А я всё смотрел на кровь на снегу. Кровь, кровь…
Проснулся я беззвучно. Просто открыл глаза и несколько секунд смотрел в потолок, пытаясь вспомнить, где нахожусь. Всё ещё была ночь. Я всё же смог уснуть, но вряд ли это поможет на уроках.
Этот сон снился мне редко, но каждый раз он был до боли ярким, каждый раз заставлял меня вспомнить, что я тогда чувствовал. Хотел бы я забыть то, что произошло в тот день, но, похоже, это воспоминание останется со мной до конца жизни. Жизни, которая вот-вот прервётся.
Я вскочил, испуганно оглядел комнату — пусто. Подёргал дверную ручку — заперто. Несколько секунд опасливо озирался. Спокойствие куда-то ушло, появился страх — настоящий ужас. Что же делать? Что мне теперь делать?..
Сам не заметил, как начал ходить взад-вперёд — просто не мог остановиться. Казалось, если я перестану двигаться, страх разорвёт меня изнутри. Но продолжалось это недолго. В какой-то момент энергия исчезла, и я без сил рухнул на стул. Обхватив голову руками, уставился в стол. Сердце билось быстро, словно пыталось вырваться. Дыхание участилось. Может, если бы этот сон не приснился, мне было бы легче. Но как же он подходил к моему нынешнему настроению. Ведь тогда, когда это произошло в реальности, я испытывал то же, что и сейчас. Не боль от того, что потерял друга, а страх умереть, как он.
Я сидел за столом и напряжённо вслушивался в тишину из коридора. Мне мерещились непонятные шорохи, от каждого из которых я вздрагивал. Казалось, вот-вот дверь распахнётся, и ворвутся люди в чёрной одежде — стандартной форме Атриума. И запертая дверь никого не остановит. Замок в моей комнате нужен лишь для иллюзии, что у меня есть личное пространство. На самом деле любой учитель мог открыть мою дверь с помощью специального ключа. Я был у них как на ладони. И как я ухитрялся скрываться до этого момента?
Мысли продолжали мельтешить в голове, всё было как в тумане. Очнулся я только утром, когда из окон шёл тусклый, серый свет. Я ухитрился вновь задремать, но этот раз без снов.
К моему удивлению, ничего не изменилось. На следующий день после произошедшего я собрал все силы и отправился на уроки. Андрес сидел в одной аудитории со мной как ни в чём не бывало, не подходил, даже не смотрел в мою сторону. А я весь день пытался прийти в себя и сосредоточиться на учёбе — безуспешно. В конце дня пришлось терпеть выговоры от нескольких учителей. Да, когда ты идеален, любая оплошность кажется непростительной.
Так прошёл день, два, три. Андрес действительно молчал. Интересно, почему? Мы ведь с ним не друзья и даже не приятели, у него не было ни единой причины меня покрывать. Я ловил себя на желании задать этот вопрос: «Почему? Неужели ты меня не ненавидишь?». Но подойти я не решался. Это пустое любопытство не имеет смысла, а поднимать эту тему небезопасно — вдруг Андрес передумает. Так что мне следовало забыть о всяких глупостях и продолжать жить так, как будто ничего не случилось, как бы сложно это не было.
На третий день я вспомнил о находке Андреса — том листке, из-за которого всё произошло. Весь день во мне боролись два чувства — любопытство и страх вновь увидеть капли высохшей крови на листе. Весь вечер, делая уроки, я продолжал настраивать себя. В конце концов, там могло оказаться что-то интересное. Наконец уже за десять вечера я решился.