Тайник с окровавленным платком и листами был глубоко под кроватью. Кое-как её отодвинув, я долго лазил за ней рукой. Мне все ещё было страшно, что кто-то найдёт это и всё поймёт, поэтому старался спрятаться как можно дальше. Достав таки листки, я сделал глубокий вздох и начал читать.
«С 2072 по 2074 год происходило то, что сейчас называют Войной Прошлого…».
Я читал и с каждой строчкой всё меньше понимал что-либо. Прочитав часть ещё тогда, в архиве, я понадеялся, что эта бумажка ответит на мои вопросы о Войне Прошлого, но их становилось только больше.
Грайдер Энем. Его все знал, как создателя нашей страны, но никто не представлял, кем он был до эпидемии. Принято думать, что никем, и к самой эпидемии он не имел никакого отношения. Но записи это опровергали. Грайдер был кем-то значимым? У него был какой-то план? Война Прошлого — это что-то большее, чем просто эпидемия?
После прочтения меня вновь заполнили противоречивые чувства, и больше всего места занимала обида. Я поджал губы, сложил листки в несколько раз и закинул под кровать. Что теперь делать? Спать? Опять спать? Да сколько можно делать одно и то же?
Стоило ли это моей жизни? Нет. А ведь из-за этих записей я потерял бдительность. И что получил в итоге? Множество новых вопросов, ведь это именно то, что мне было нужно.
Пока я умывался, стараясь не смотреть на себя в зеркале, обида слегка ослабла. Какой смысл обижаться, ведь я в любом случае остался бы неудовлетворённым. Никакая информация не стоила моей жизни, а значит ни при каких условиях нельзя было расслабляться. Сам дурак, смысл возмущаться.
Уже когда я засыпал, пришла неожиданная мысль: «А стоит ли верить этому Лимферту — человеку, который сделал запись?». Неожиданность её была в том, что она не появилась раньше. Видимо, из-за всех этих нервов я начинал сдавать. На следующий день, размышляя о записи и о незнакомой мне фамилии «Лимферт», я решил выяснить, кто это такой. Лучшим способом это сделать было сходить в библиотеку.
Я был там всего один раз, около года назад, когда заинтересовался Войной Прошлого. Но, к моему разочарованию, на данный момент о Войне Прошлого не было написано ни одной книги. А ведь шестьдесят лет прошло, неужели времени не хватило? В любом случае, мне оставалось лишь искать информацию не о самом событии, а о людях, которые в нём участвовали. Проблема заключалась в том, что из таких людей я знал только двоих, одним из которых был Грайдер. Про Грайдера также не написали ни одной книги, а в той общей информации о нём, которую можно было найти в интернете, не было ничего о Войне Прошлого. Не удивительно учитывая насколько серьёзная в нашей стране цензура относительно известных людей. Грайдер умер шестнадцать лет назад, но даже это не сильно изменило ситуацию. Не удивлюсь, если пройдёт ещё не один десяток лет, прежде чем о нём что-нибудь напишут.
Вторым человеком, чьё имя мне было известно, был Александр Рощин. Мне, как тому, кто в течение года читал всевозможные учебники по истории, была известна ещё одна маленькая деталь. Когда Грайдер после эпидемии начал собирать людей в одно цельное общество, нашлись те, кто не принимал его, как нового правителя. Главными недовольными стала команда Александра Рощина — их называли группой операторов. Они были теми, кто действительно мог помешать Грайдеру, но в какой-то момент просто исчезли. Узнал я об этом из одного из совсем старых учебников, неизвестно как сохранившихся в старом классе. Там о группе операторов упоминалось вскользь, так, как будто всем и так понятно, кто они такие. Никаких подробностей не было, как и ответов на вопросы, что не устраивало их группу, чему они пытались помешать, и что конкретно делал Грайдер. Так что большую часть мне пришлось додумывать — и, судя по записке Лимферта, я сделал это неправильно. Но имя командира я всё-таки запомнил. И, видимо, я один, потому что про него никакой информации найти также не удалось.
Поскольку больше ничьих имён я не знал, в библиотеку перестал ходить. До этого момента.
Через неделю после случившегося с Андресом, в субботу — один из двух выходных — я вновь вошёл в здание библиотеки. Подумал: «Хорошо, что у меня сегодня есть дело. Обычно на выходных я совершенно не знаю, чем себя занять».
За кассой сидела молодая девушка лет девятнадцати. Не знал, что на работу сюда брали несовершеннолетних. Несколько секунд она непонимающе смотрела на меня, потом спросила:
— Вам что-то нужно?
Оказывается, сюда брали не только несовершеннолетних, но и не соображающих.
— Мне нужно записаться.
— А, точно. Ваше имя, фамилия, возраст.
— Зар, семнадцать лет.