Звук повторился. Я осмотрел крышу, нахмурился. Ветер был, но что он мог так странно раскачивать? Не лестницу же, надеюсь?
Я всё ещё стоял перед интересным решением строителей и думал, нельзя ли использовать его, чтобы как-то пробраться внутрь. Можно как-нибудь разбить стекло, а потом… что? Верёвки у меня не было, а просто прыгать — явно не лучшая идея. Так ни к чему и не придя в своих размышлениях, я медленно ступил на стекло. Никакого скрипа и треска, вообще ни единого звука. Видимо, оно было достаточно крепким. Сделал несколько шагов, потом вновь присел и протёр грязь. Пригляделся. Было и правда высоко. Даже если мне как-то удастся разбить специальное прочнейшее стекло, спуститься я не смогу. Ужасно жаль.
Некоторое время я просто сидел, разглядывая далёкий пол помещения, и пытался что-то придумать. Но в голову ничего не приходило. Потом встал, сделал ещё пару шагов вперёд. Нужно или сообразить, или спускаться отсюда и не терять зря времени. Внезапно прямо за спиной раздался чей-то голос:
— Стой.
От неожиданности, я чуть ли не отпрыгнул в сторону, и стекло под ногами захрустело. Я не успел бы отпрыгнуть, совершенно точно, но что-то схватило меня за одежду сзади и резко потянула назад. Я упал, но благо смог отскочить от того места, где «пол» провалился.
К тому моменту, как я оглянулся, человек уже поднялся и теперь отряхивал серую одежду. Это был Энди. Всё такой же отстранённый и безучастный, каким был всегда, когда я его видел. Именно видел. Потому что, судя по интонации его голоса тогда, в бункере, он может быть и другим. И что он здесь делал?
— Оно так легко подо мной разбилось? — нелепо спросил я.
— Нет. Просто в этом месте стекло было плохо вставлено или повреждено чем-то. Оно могло сломаться от любого удара.
Закончив с очисткой, Энди краем глаза глянул на меня, потом исчез в коридоре, ведущем на ту сторону крыши. Я торопливо встал, пошёл следом. Хм, я не смогу пробраться в здание, но не время расстраиваться. Возможно, получится узнать что-то у него, раз он столь навязчиво появляется неподалёку.
Энди облокотился о перегородку, уставился вдаль. Сразу вспомнился Рощин — он тоже любил так делать. Я медленно подошёл ближе, спросил:
— Ты кто такой?
— Я — Энди.
— Всё?
— Что ты ещё хочешь услышать?
Хм, тоже верно.
— Что ты здесь делаешь?
— Стою. Сейчас. А вообще, совершаю месть.
— Месть? Кому?
— Человеку, которые в Империи известен под фамилией Аттейн.
— Довольно странная месть, если учесть, что он сейчас далеко отсюда.
— Да, как-то неудобно получилось. — Он зевнул. — Чтобы закончить, мне нужно подождать ещё немного.
— А здесь ты как оказался?
— Следил за тобой всё это время.
— Зачем?
— Скучно. Людей здесь немного. Я подумал: «Почему бы и не последить за первым попавшимся, раз заняться нечем?».
— А зачем мне помог?
— Просто так. Если собираешь продолжать разговор в таком виде, то я воздержусь. Мне допросов в жизни хватило.
— А ты не против поговорить?
— Нет. Делать нечего, сказал же.
Я подошёл ещё немного, заглянул ему в лицо. Кроме одежды и поражающего спокойствия в нём не было ничего сверхъестественного. Последовав примеру Энди, я также облокотился о перегородку.
— Ты не похож на злодея.
— А должен?
— Обычно люди не говорит о мести и обо всё таком.
— Хех, обычно. Лучше начать с того, что в Империи никто вообще ничего не говорит. Особенно незнакомцам. Но такие планы и желания есть у каждого второго, если не у первого. Все кого-то презирают, у всех есть враги. И эти враги — такие же люди. Это нормально.
— Довольно… депрессивная позиция.
— Хочешь сказать, это не так? Хочешь сказать, ты никого не ненавидишь?
— Ненавижу.
— И это Атриум, я угадал?
— Да.
— Тебе никогда в голову не приходили мысли, что хорошо было бы взорвать их всех к чертям и наконец покончить с этим? Нет? Могу тебя уверить, это лишь потому, что у тебя и близко нет такой возможности. Если бы она появилась, хотя бы в теории, тебя порой посещали бы такие мысли. Не думаешь так?
— Я думаю, что я не так сильно ненавижу Атриум, как ты.
— Это не имеет значения. Плохие мысли появляются у всех — это нормально. Так вот, я получил свою возможность отомстить, я сделал всё, чтобы её получить. Но отомстить не Атриуму, а одному конкретному человеку, из-за которого произошло всё плохое в моей жизни.