Но не только картины украшали дом. В нём было очень много лампочек. Совсем маленькие, связанные одним тонким проводом. Или чуть покрупнее, отдельно друг от друга. Они свисали с потолка, украшали стены, стояли на полочках и горели с того момента, как свет за окнами только только начинал затухать, уступая темноте. Большинство из тех, что освещали коридоры, светили до самого утра. Это был теплый жёлтый или оранжевый свет. Благодаря ему в доме создавалось ощущение уюта и умиротворения. Сидишь вечером на диване, наслаждаешься тишиной и спокойствием — тебе хорошо.
Окна в зале были такие же большие, как в моей комнате, занимали всю стену, хоть и разделялись на секторы. Эти секторы образовывали разные треугольники, складывался несложный узор. Мило. Выходили окна не небольшой не застеклённый балкон. Я вышла туда, постояла несколько секунд и вернулась в дом — было слишком холодно.
Погода здесь начинала меня поражать. Уже сейчас температура опустилась сильно ниже того показателя, до которого она в самые холодные дни доходила в Империи. Было около нуля. Хорошо, что Тири делилась со мной абсолютно безвкусной, но всё-таки одеждой. У меня ничего подходящего для такой погоды просто не было. Чем холоднее становилось, тем сильнее внутри теплилась надежда, что выпадет снег. В Империи он был лишь единожды за всю мою жизнь, и-то, я его не помнила, о нём мне рассказывал папа.
После стен я начала осматривать полки шкафов. Главным, что я заметила, было полное отсутствие пыли. Вообще, я довольно быстро поняла, что этот дом от дома папиной старой знакомой отличался кардинально: здесь не было грязи и неприятной тени, свет — по-крайней мере на первом этаже — доходил до всех уголков комнат. На полках на валялось никакого хлама, всё стояло аккуратно, и это было даже интересно разглядывать. Возле одного из застеклённых шкафов я на некоторое время зависла. Разглядывала стоящую внутри коллекцию стеклянных фигурок. Все они были прозрачными и изображали разных монстров. Я разглядывала каждую, пытаясь понять, кого она изображает, но узнала только алгиена. Закончив осмотр, я даже подумала, что хотела бы такую коллекцию себе.
Обе ванных я обошла стороной. Я там уже была вчера, когда пошла купаться, и сегодня утром. К моему огромному сожалению, у них вместо душевой кабинки была ванна. Так что на время моего прибывания здесь, я осталась без горячего душа. И как они вообще без него живут?!
На первом этаже атмосфера была совсем другой: если на верху веселились, общались, жили полной жизнью, то вниз приходили поспать, побыть наедине с собой и подумать. Первый этаж представлял собой коридор с одним поворотом и кучей дверей. Коридор был лишён окон и в нём царил полумрак. Здесь также висели гирлянды, но их свет был приглушённым и ни от чего не отвлекал. У одного из шкафов стояло небольшое кресло. Видимо, хозяева дома понимали, какую атмосферу создали здесь, и специально поставили кресло, чтобы в ней можно было побыть как можно дольше.
На первом этаже мне были открыты лишь четыре двери из семи — ванная, запасной выход, библиотека и моя комната. Больше всего меня интриговала библиотека, ведь туда я ещё ни разу не заходила. Неужели у них действительно есть настолько большая коллекция книг, чтобы создавать для неё отдельное помещение? Но когда я заглянула внутрь, тут же помрачнела ещё больше. Внутри на диванчике сидел Герман. Видеть его и уж тем более с ним разговаривать мне совершенно не хотелось. Я отошла.
Из интереса попробовала открыть запасной выход. Дверь оказалась очень тяжёлой. Он выходил на выложенную камнем террасу под домом, заканчивающуюся лесом.
Оставшееся время я бродила по коридору, вслушивалась в эхо своих шагов и всё больше погружаясь в это странную атмосферу первого этажа.
Я никак не могла понять, какое у меня настроение. Вроде бы я не могла назвать его плохим, но и какой-то радости внутри тоже не было. Возможно потому, что я не понимала, что произошло. Вроде как мистер Джей сказал, что ничем я помочь не смогу, но потом я его уговорила. Или нет? Может, мне всё просто кажется, и как только он вернётся, скажет мне уходить? Герман наверняка будет счастлив. Но ведь Тири сказала, что я теперь здесь живу. Она же так сказала, правда? Сейчас внутри была неопределённость. Она порождала маленький огонёк любопытства и нечто такого же размера, что хотело его потушить — страх. Страх, что, в ответ на мой неуверенный вопрос, мистер Джей снисходительно улыбнётся и укажет мне на дверь. «Я же сказал, Андея, что мне ничего от тебя не требуется...». И всё.