Дальше я принимала ванну. Постаралась как можно лучше растереть то единственное средство, которое удалось найти и смыть всю грязь. Потом посушила волосы и долго, вдумчиво расчёсывала их. Я уже привыкла к короткой стрижке. Резать их было идеей так себе, но, с другой стороны, с такой длиной приводить волосы в прядок оказалось значительно проще. Да и сейчас я начинала думать, что это даже немного красиво. Чего не сделаешь, чтобы уменьшить терзания от совершённой глупости.
Вид стал немного лучше. Учитывая, что здесь у меня не было доступа нормальным средствам по уходу за собой, это уже хорошо. А теперь можно позавтракать.
Я не особо стремилась поесть. Скорее наоборот, каждое утро как можно дольше откладывала завтрак. Желудок негодовал и требовал пищи, но, при этом, было у меня какое-то отвращение к еде. Вряд ли тут виновата Сара, мне, по большей части, нравилось, как она готовила. Так что дело в чём-то другом.
В последнее время я постоянно завтракала одна. Мистера Джея за едой застать не получалось — он вставал совсем рано. Тири и Герман завтракали утром, после Герман уходил в лес, а Тири к себе в комнату. Сара же появлялась в кухне только ближе к вечеру. Так что ела я одна. Ну и здорово. Но очень хотелось кого-то видеть.
После в голову неожиданно пришла хорошая мысль. Дома я очень любила шоколадные кексы. Быть может, Сара сможет их приготовить? И если да, есть вероятность, что они мне даже понравятся. Я побродила по дому, но найти её не смогла. Можно было подождать на кухне, до двенадцати оставалось каких-то полчаса. И лучше всего не просто сидеть всё это время, а заняться делом. Одним из тех, которыми я занималась дома. А что я там делала? Этот вопрос, на удивление, оказался очень трудным. И правда, что?
Перечислим: я училась, ухаживала за собой, разговаривала с папой и скучала по нему. Сидела в сети, собирала коллекции и изредка рисовала. Последние три пункта были возможно и здесь. Коллекцию новую начать не помешает. Но, думаю, получаса для этого не хватит. Да и по папе я всегда поскучать успею — тем более, что занимаюсь этим постоянно — так что можно просто немного порисовать.
Найдя наконец пластинку, вновь села на кухне и огляделась. Что рисовать? А хотя какая разница. Несколько минут я просто перерисовывала предметы вокруг. Стол и посуда на нём, диван в зале, окно, свои ноги. Получалось ужасно. Как впрочем и всегда. Но зато удалось немного скоротать время. Оно тянулось долго, но скучно мне не было. Где-то через полчаса, как я и ожидала, в кухню вошла Сара.
— Андея, с добрым утром. Что-то нужно?
— Да. Вы...
Я засомневалась. Есть ли смысл просить о чём-то? Порадует ли это меня настолько, чтобы утруждать кого-то? Но всё же спросила:
— Вы можете приготовить шоколадные кексы?
— Да, — задумчиво ответила Сара, — конечно.
— Спасибо. М, ещё кое-что. В комнате пыльно, там можно как-нибудь убраться?
— Можно.
Мимо кухни прошла Тири. Сара окликнула её.
— Да, мам?
— Андея хочет убрать у себя в комнате, покажи ей, где можно взять тряпку и ведро.
— Да ладно! — Она в притворном шоке округлила глаза. — Ты решилась на это страшное занятие? Ты? Не верю! Мам, ты, наверное, шутишь! Ну, ладно.
Я встала. Уже когда мы выходили из кухни, Сара добавила.
— Кстати, Тири, тебе и самой убраться в комнате не помешает.
Тири скорчила рожицу, потом усмехнулась, толкнула меня в бок.
— Что это тебе в голову ударило? Или ты ещё не понимаешь, что тебя ждёт? Ну, тогда понятно. Готовься.
Мы вошли в ванную. Тири раскрыла шкаф, указала мне на его содержимое.
— Итак, знакомься. Это ведро, а это тряпки. Набираешь воду и вперёд, покорять просторы чистоты! Здесь же — вот, смотри — щётка. Это подметать. А вот тут стоят чистящие средства. В общем, всё, что нужно начинающему уборщику. Если хочешь, я даже могу помочь тебе донести всё это на первый этаж. Вот такая я добрая!
Я согласилась. Старалась делать вид, что не слышу насмешливых интонаций в голосе, и усиленно терпела. Это показалось лучшим способом сократить количество подобных «шуток» до минимума. Мы спустились к комнате. Тири потёрла руки.
— На этом моя помощь заканчивается, хорошего времяпрепровождения. Пока-пока!
Я молча смотрела ей в след. Сложилось чёткое ощущение, что надо мной здесь просто издеваются. В каком мы веке, чтобы чистоту наводить руками, ползая по полу и выискивая каждую крошку? Я сильно сомневалась, что они сами пользовались столь примитивными средствами. Значит, специально для меня приберегли. Зачем? Поиздеваться, наверное. Хотя, я же выхожу из этого состояния. Тогда стоит подумать, что всё это делается, чтобы вывести меня из зоны комфорта и подготовить к подобным неприятностям. Чтобы меня не сбивало с ног отсутствие комфорта и привычных удобств. И Тири, наверное, просто хочет закалить меня по отношению к подобным насмешкам. Но внутри она жалеет, что ей приходится так поступать. И вообще, я ей очень нравлюсь, просто так надо.