Сэмюэль О'Доннелл был приятным мужчиной лет сорока пяти афроамериканской наружности с невероятно завораживающими серо-голубыми глазами. Несмотря на всю суровость и твердость, которые были присущи его характеру, Эбби никогда не встречала руководителя добрее и чувственнее. Звучит невероятно, но это был неоспоримый факт.
Восемь месяцев назад Сэм стал её Ангелом-Хранителем: поверил в её ответственность и желание работать, дал ей место, многому научил… а теперь ей предстояло попытаться объяснить причину, по которой она его, скорее всего, сильно разочаровала.
Что она скажет? Что совершила прогулку на вертолете, застряла на острове с человеком, от которого бежала из Нью-Йорка, заночевала с ним в пещере – подробности лучше опустить, – а затем до чертиков в голове напилась на его яхте? Что опоздала потому, что утром чувствовала страшнейшее – и к слову, первое в своей жизни – похмелье? Право же, это было бы не лучшее объяснение. В любом случае, Сэмюэль не позволил ей дать даже такого.
– Несколько часов назад нам поступил новый заказ, – подходя к столу, произнес он прежде, чем Эбби переступила порог кабинета, – очень важный. Он требует повышенного внимания, и, ко всему прочему, незамедлительного и безукоризненного выполнения.
Поняв, что тема с её опоздаем, если и не закрыта, то, по крайней мере, отложена, она открыла нужную страницу и стала записывать:
– Это будет благотворительный бал-маскарад. Приглашены весьма влиятельные люди, поэтому всё должно быть организовано по высшему классу. – Эбби кивала, делая соответствующие пометки. – Клиент прислал некоторые пожелания, но в основном захотел, чтобы декорации, музыка и тематика были продуманы именно нами. Должна быть организована выставка. На ней будут представлены работы сироток из всех наших приютов. Вся та сумма, которую удастся собрать, будет направлена в фонд помощи этим детям.
Какое хорошее дело, – подумала она, чувствуя, как от сказанного Сэмом у неё теплеет на душе.
– Сколько у нас времени?
– Три дня.
– Три дня? – Эбби замерла, а затем медленно подняла голову. – Но… мистер О'Доннелл, это невозможно. Если мероприятие будет таким широким и значимым, как вы говорите, то для того, чтобы не сделать ошибку, нужно спланировать всё до мелочей. А за такой короткий срок, шанс сделать всё совершенно, сводится практически к нулю.
– Я и сам осознаю это, – ответил Сэм, и Эбби поняла, что именно так оно и есть, – и даже пытался объяснить это заказчику, но он не стал меня слушать. Три дня – и это было его последнее слово.
– Почему вы не отказались? – Спросила она. – Зачем взяли на себя такую ответственность?
– Если бы ты видела этого человека, то поняла бы, – он вскинул руку к волосам и как-то нервно усмехнулся, – этой властности в его глазах просто нельзя сказать «нет». Он ведет себя так, словно не только этот город, но и весь мир принадлежит только лишь ему.
Эбби затаила дыхание. Сердце забилось чаще. «Он ведет себя так, словно не только этот город, но и весь мир принадлежит только лишь ему». Господи, почему она подумала именно о Нем? Разве на свете больше нет ни одного Гордеца, считающего себя властелином мира? Но ведь… а вдруг…
– Мистер О'Доннелл… – в горле предательски запершило, говорить становилось немного труднее, – а как зовут клиента?
Сэм немного помолчал – задумался? – затем опустил руку и запустил её в карман своих брюк. Она ненавидела молчание. Оно душило. Становилось всё невыносимее с каждым мгновением.
– Энтони Райс, – наконец, ответил он, и Эбби, не сдержавшись, в облегчении прикрыла глаза. Боже, спасибо тебе. – Не знаю, кто этот человек, – продолжил Сэмюэль, – но думаю, что способен он на многое. И лучше нам очень постараться не совершить промаха.
Эбигейл кивнула, хотя всё ещё чувствовала, как тело отчего-то дрожало.
– Я сообщу Джеку.
– Нет, – ответ Сэма остановил её на выходе, заставив растерянно повернуться. – Я хочу, чтобы этим занялась ты.
Коленки снова подкосились. Она ослышалась или…
– Я? – только и сумела выговорить Эбби, а затем практически задохнулась от переизбытка эмоций.
– Да. – Господи, не ослышалась. Но всё ещё искренне надеялась, что он шутит. – Зная то, какая ты, и на что способна, я могу доверить организацию этого бала только тебе.
Не шутит. Он, в самом деле, не шутит.