– Здесь есть что-то ещё? – Словно не веря своим ушам, прошептала она.
– Хочешь посмотреть?
– Да! – Воскликнула она, а затем заболтала ногами. – Давай! Пошли скорее!
Они вышли из воды и направились к ещё одному бассейну. Около него их ждал игриво улыбающийся Кристофер.
– Хотите покормить их?
До Эбби смысл его слов дошел не сразу, но когда Адель взвизгнула, спрыгнув с рук Дарена, и начала кричать «Да! Да! Да!», она услышала знакомый всплеск воды. Дыхание перехватило, когда всего в каких-то нескольких шагах она увидела маленькое прыгающее чудо.
– Дельфины… – Задыхаясь, вымолвила Эбби, сама до конца не осознавая, вопрос это был или больше утверждение.
– Нравится? – Спросил Дарен, обнимая её со спины.
– Это прекрасно. – Улыбнулась она, сильнее зарываясь в его объятия. – Они прекрасны. – Адель уже кормила одного из дельфинов и тот, подпрыгивая, довольно ловил рыбу, которую она ему кидала. Тайлер фотографировал, а Мэнди, зайдя по пояс, гладила того, что подплыл к ней вплотную. – Мне кажется, я могу часами смотреть на этих волшебных созданий.
– Только смотреть? – Его губы приятно щекотали кожу у уха. – Не хочешь прокатиться?
Словно завороженная, она медленно повернула голову.
– Шутишь?
– Нисколько, – серьезно ответил он, – если хочешь, то можешь…
– Да! – Рассмеялась она, разворачиваясь и непроизвольно качая головой. – Я хочу! Очень хочу! Ты лучший. Ты… – она улыбнулась шире, обхватывая руками его лицо, – я не знаю, смогу ли хоть когда-нибудь отблагодарить тебя за всё, что ты делаешь. Для меня. Для Адель. Для всей моей семьи. Я… говорю это вовсе не потому, что так сильно мечтаю совершить прогулку на дельфинах, – усмехнулась Эбигейл, – просто мне очень хотелось сказать тебе это. – Затем она опустила руки и отстранилась. – Боже, я ведь ещё ни разу в жизни этого не делала! Кристофер ведь покажет, как правильно? Я скажу ему, чтобы…
– Эбби… – теплая рука коснулась запястья, и это заставило её остановиться и вновь повернуться к Дарену. Его глаза светились чем-то необъяснимым – она ещё никогда не видела их такими. Серьезные, задумчивые, но одновременно решительные и полные нежности. Он ласково переплел её пальцы со своими. Эбби на мгновение опустила взгляд, наблюдая за тем, как соединяются их руки, а затем снова подняла голову.
– Что-то случилось? – Когда он промолчал, её губы растянулись в ещё большей улыбке. – Если ты думаешь, что я боюсь, то всё в порядке. Мне совсем не страшно.
– Дело не в этом.
– А в чем? – Лукаво спросила она. – Теперь испугался ты? – Эбби надеялась, что это вызовет у него улыбку, но Дарен продолжал внимательно смотреть на неё, заставляя хватку становиться крепче – он словно боялся, что может невольно, бездумно разжать пальцы. – Перестань… всё будет хорошо. Я ведь не с парашютом прыгать собралась. И не на гору залезаю, верно? Вот, если бы мне вдруг захотелось покорить Эверест, тогда тебе стоило бы волноваться, но я вряд ли когда-либо осмелюсь совершить такое безу…
– Я люблю тебя.
Эбби запнулась, чувствуя, как вдруг закружилась голова.
– Что? – Только и сумела вымолвить она, не осознавая, спит или всё же бодрствует.
– Я люблю тебя, – повторил Дарен, а затем коснулся ладонью её щеки, – люблю. И был идиотом, потому что не осмеливался сказать этого раньше.
Она выдохнула, ощущая, как сердце внезапно остановилось. Оно не билось – в самом деле, не билось.
– Ты говоришь серьезно? Это ведь… не под влиянием момента, да? Не потому, что мы здесь и…
– Ещё никогда в своей жизни, слышишь? – Оборвал он её, обнимая лицо обеими ладонями. – Никогда в жизни я не говорил ничего настолько серьезного. И ни в чем более я не был уверен сильнее, чем в том, что ты – мой воздух. И я хочу дышать тобой каждый день. Каждую минуту, которая мне отведена. Я лишь… мне необходимо знать, что ты чувствуешь то же самое…
Эбби закрыла глаза и прильнула к нему, вынуждая остальные слова так и остаться недосказанными. Его рот был теплым и влажным, пальцы, которые она запустила в его густые волосы, покалывало, а когда Дарен обнимал её, тело пульсировало, заставляя всё внутри подпрыгивать, переворачиваться и пылать. Она ощущала, как по щекам стекали слезы – попадая на губы, они делали поцелуй соленым, как бескрайнее море и сокрушительным, как океанский шторм.
Сейчас он целовал её совсем иначе: по-особенному. В каждое движение вкладывая невероятную нежность, отдавая счастье целого мира и забирая сидящую внутри боль – всю до последней капли. Эбби неторопливо отстранилась – меньше, чем на дюйм.