Пол кивнул.
– Так вот подозрения подтвердились. Ньюман, конечно, не главная, но очень значимая фигура. Деньги проходили по восьми счетам, на которых в общей сложности лежало около 70 миллионов. Все они были заморожены, а расследование кончилось только пару дней назад. Об этом ещё не объявляли в новостях, потому что есть основания полагать, что за всем этим стоит швейцарская организованная преступная группировка. Лишняя шумиха полиции не нужна, хотя не уверен, что какой-нибудь пронырливый журналист не сумеет докопаться до истины.
– Те, кто напали на мою компанию, были людьми Ньюмана?
– Да, – снова кивнул Пол, – но я не понимаю, как связать эти события между собой.
– Я тоже, – нахмурившись, ответил Дарен. И это было правдой. Они встречались с Оливером лишь однажды – на приеме в Нью-Йорке – перекинулись парой фраз, как того требовали приличия, а затем разошлись, каждый по своим делам. Тогда он не заметил в поведении Ньюмана ничего, что могло бы натолкнуть его на определенные подозрения. Он был совершенно обыкновенным бизнесменом – да, не очень честным, это Дарен понял сразу – но и не внушающим каких-либо опасений. Оливер был скорее пешкой, нежели организатором, но причем здесь преступная группировка из Швейцарии? И зачем им понадобилось нападать на «Diamond Construction»?
Размышлять об этом долго Дарен не стал. Ему не нравилось, когда он чего-то не понимал, поэтому в таких весьма редких случаях, предпочитал предпринимать как можно больше мер безопасности.
Взяв трубку, он набрал знакомый номер.
– Ты уже здесь? Зайди ко мне в кабинет. Это срочно.
Буквально через несколько минут на пороге показался высокий и крепкий мужчина в черном костюме и с наушником в ухе. Человек, которому Дарен мог доверить самое дорогое в жизни – свою семью.
– Пол, – кивнул мужчина, и, пожав ему руку, тот кивнул в ответ.
– Рад видеть тебя, Кейден. Как жена?
– Родила девочек близняшек, – он не сдержал улыбки, а затем покачал головой, – извините, что так долго отсутствовал.
– Ты был со своей семьей, – оправдывая его, ответил Дарен, – я был бы рад дать тебе ещё больше времени, если бы ты не понадобился моей семье.
– Что-то случилось? – Лицо Кейдена тут же стало серьезным. – Твоя сестра в порядке?
Дарен лишь коротко кивнул.
– Я хочу, чтобы твои люди следили за квартирой ещё пристальнее, чем прежде. А так же, чтобы двое из них отправились по этому адресу, – он вручил своему главному телохранителю листок. – Моя семья должна чувствовать себя в полной безопасности – любая мразь, которая соберется причинить ей вред, должна быть тут же устранена.
– Я понял, – моментально среагировал Кейден, – ты же знаешь, что во всем можешь рассчитывать на меня и моих ребят.
– Знаю, – ответил Дарен, – иначе бы не доверил тебе самое дорогое.
– Пол! Ты там? – Голос Элейн, доносящийся снизу, заставил мужчин затихнуть. – С тобой сейчас мой братец негодяй, или это всё галлюцинации от нехватки свежего воздуха? Если та зеленая ваза викторианской эпохи у тебя под рукой, то запусти ею в него!
Дарен взглянул на друга, и тот, виновато усмехнувшись, почесал затылок.
– Забыл сказать, как сильно она на тебя злится.
Он перевел глаза на Кейдена.
– Приступай.
– Да, – ответил мужчина, связываясь со своими ребятами по рации.
Затем Дарен кивнул Полу, и они вместе покинули кабинет.
– О, это и правда ты, – объявила Элейн, складывая на груди руки.
– Значит, вот так ты встречаешь своего брата? – Приподняв бровь, спросил он, спускаясь по лестнице. – Велишь запустить в него вазу?
– Она всё равно никогда мне не нравилась, – заявила его сестра, – а так я смогла бы достичь сразу двух своих целей: избавиться от страшной стекляшки и удовлетворить желание заехать тебе чем-нибудь тяжелым.
– И всё это руками Пола? – Уточнил Дарен.
– А ты думаешь, у него они не чешутся? – Заметила Элейн, а затем развернула коляску.
Дарен смерил друга гневным взглядом, но ничего не сказал. А раньше непременно указал бы Полу на границы дозволенного. В кого он превратился, черт возьми?
– Ну и куда ты собралась? – Поинтересовался он, смотря вслед отдаляющейся сестре.
– Мм, даже не знаю, – саркастично начала она, – сегодня, возможно, посещу бильярдную, хотя нет, в ней я была вчера… о, и позавчера. Тогда, скорее всего, съезжу на лоджию и под звуки океанских волн почитаю «Большие надежды». Затем посмотрю какой-нибудь сентиментальный фильм, а когда закончится и он, сыграю с Полом в карты – и, кстати говоря, вновь оставлю его в одних трусах. Фигурально выражаясь.