Она мотнула головой.
– Уже лучше. Просто та рыба…
– Да, – сочувственно прошептала её сестра, – Элли тоже весь вечер чувствовала себя, мягко говоря, хреново. Я дала ей таблетки, и она мгновенно уснула. Возьми. – Мэнди протянула ей две небольшие капсулы, а затем набрала в стакан воды из фильтра. – Очень эффективное средство при тошноте и изжоге. Противопоказаний почти нет. В основном, здесь только травы.
– Спасибо, – Эбби благодарно кивнула и тут же выпила лекарство, надеясь, что подействует оно быстро. Ощущать себя вареной капустой ей совсем не нравилось.
– Дарен… вернулся немного навеселе, верно? – Спросила она, осторожно опускаясь на стул возле стены. Когда Эбигейл подняла глаза, её сестра тут же завертела головой. – Я и не думала осуждать его. Просто пытаюсь понять, что с ним происходит. Что происходит с вами.
– Если бы я знала, – прошептала Эбби, отставляя стакан в сторону.
– Всё настолько плохо?
– Нет, – она слабо улыбнулась, – конечно, нет. Дарен замечательный. Он заботится обо мне и малышке. Адель очень любит его. И я… я никогда ещё не чувствовала ничего подобного. Он мой единственный, Мэнди. Понимаешь? И, если у меня не выйдет с ним, то не выйдет ни с кем. Знаю, звучит глупо, но…
– Вовсе не глупо, – неожиданно прервала её сестра. – Я понимаю тебя. И уверена, что что бы ни происходило между вами, всё наладится. Потому что встретить своего человека – это очень большое счастье. И за это счастье нужно хвататься.
– А ты схватилась? – Спросила Эбби, заставляя Мэнди встать и присесть рядом на бортик ванной. На этот раз она не ушла от ответа и не промолчала.
– Я пытаюсь изо всех сил, – прошептала её сестра, – но иногда бывает нелегко. Порой мне кажется, что мы слишком разные. Что мы не понимаем и не слышим друг друга. И что наши мечты абсолютно противоположны. Для Тайлера самое главное и единственно важное – семья. А я хочу построить карьеру. Хочу стать кем-то более значимым, нежели просто верной подругой, женой или матерью. Мне хочется чего-то достигнуть в этой жизни. Чтобы, потом, в будущем, оглядываясь назад, я не жалела о прожитых годах.
– О настоящей любви никогда не жалеют, – тихо ответила Эбби, сжимая руку сестры, – и ради неё можно пойти на многое.
– Тайлер идет на многое ради меня. Я знаю, что с самого детства он мечтает о своем небольшом ресторанчике – детской пиццерии или кафетерии со своей игральной залой, поделенной на возрастные зоны. Он уже даже меню придумал. – Мэнди невольно улыбнулась, а затем продолжила. – Я знаю это, но вижу, как каждый день он жертвует своей мечтой, не тратя ни одного лишнего цента. Он всё повторяет и повторяет, как купит для нас дом в Нью-Хэмпшире, во дворике которого обязательно сделает самую лучшую в мире детскую площадку. Он грезит этим… и я понимаю, но… всегда задаюсь лишь одним вопросом: разве этот дом стоит его загубленной мечты?
– Если по сравнению с тем, что дает тебе любимый человек, эта мечта почти ничего не значат – то да. Определенно, стоит.
Мэнди придвинулась чуть ближе, а затем положила голову ей на плечо.
– Я не такая. Мы разные.
– Но вы любите друг друга.
– Если бы только этого всегда оказывалось достаточно, – прошептала она, и Эбби подумала, что её сестра, не подозревая, озвучила и её мысли: очень часто одной любви бывает слишком мало.
Утром Эбигейл чувствовала себя уже значительно лучше: голова не болела, тошнота исчезла, да и сама она ощущала себя заметно отдохнувшей. Дарена, который всю ночь спал беспокойно, в постели не оказалось. Вместо этого на подушке лежал сложенный вдвое небольшой зеленый листочек. Сердце ёкнуло от нехорошего предчувствия, а внутри всё мгновенно оцепенело. Слегка дрожащими от тревоги пальцами, Эбби потянулась к записке и развернула её, успев сделать два глубоких, успокаивающих вдоха. Когда глаза начали пробегаться по знакомому до боли почерку, дыхание перехватило.
«Насчет завтрака я распорядился. Его принесут в номер в 8.30 – помню, что ты никогда не просыпаешься позже этого времени. Мне пришлось срочно отъехать. Неотложные дела. Уверен, что Элейн захочет навестить Пола – скажите Клиффорду, он вас отвезет. Встретимся в больнице.
P.S. Прости за вчерашнее. Люблю тебя.
На последних словах Эбби, наконец, выдохнула, и на глаза невольно навернулись слезы – от облегчения. А ещё от счастья и надежды на будущее; светлое будущее.
На часах ещё не было восьми. Они как раз успели встать, по очереди сходить в душ и одеться, когда пришел официант и принес им заказанный завтрак. Меньше, чем через сорок минут Эбби и Элейн отправились в больницу, взяв с собой Клифа; Элли, после теплых прощаний, поехала в аэропорт вместе с Гейлом; а Мэнди, Тайлер и Адель остались в отеле под присмотром ещё одного телохранителя не менее внушительного роста и телосложения.