Терри обнял Аннабеллу за плечи и прижал к себе. Он видел, что она совершенно растерялась. Непонятно почему, Аннабелла хмурилась и выглядела расстроенной. Бедный маленький воробышек. Он должен заставить ее понять, что она не сделала ничего предосудительного. Что с ней происходит? Может быть, Аннабелла вдруг обнаружила, что в ней просыпается страстная женщина? Возможно. Если это правда, то она, должно быть, напугана до смерти.
Что ж, продолжил мысленные рассуждения Терри, ей нечего бояться. Он рядом с ней, готовый предложить всю заботу и поддержку, на которую только способен, в ее первых шагах на пути к осознанию себя настоящей женщиной, нуждающейся в мужском обществе, поклонении, любви. Аннабелла заслуживает права узнать, кто она на самом деле, что ждет ее, когда она наконец превратится из гадкого утенка в прекрасного белоснежного лебедя. Терри собирался помочь ей, но в качестве кого? Как… друг? Старший брат? Нет, и еще раз нет. Он прекрасно сознавал, что испытывает к Аннабелле чувства далеко не братские и не дружеские. «Я обязательно добьюсь поставленной цели», — решил Терри. Пока Аннабелла не узнает, чего ей хочется в жизни, не откроет свой истинный потенциал, она не сможет понять, действительно ли счастлива в одиночестве. Он должен дать ей возможность почувствовать себя желанной, нужной кому-то женщиной, а уж потом пусть она решает сама, лучше ли ей оставаться одной или искать подходящего спутника жизни. Прежде чем он вернется в Нью-Йорк, он получит ответы на свои вопросы, а Аннабелла — на свои. К тому времени, когда он покинет ее, они оба расставят все точки над «i».
Терри быстро взглянул на все еще хмурящуюся Аннабеллу. Он покинет ее? Конечно. Он приехал в Хармони только провести отпуск. Его жизнь больше не связана с родным городом, который теперь стал родным для Аннабеллы.
Но мысль о предстоящем расставании почему-то была неприятна Терри. Возможно, в нем проснулось желание заботиться о ком-то, смешанное с легким чувством вины. Он бесцеремонно поцеловал Аннабеллу на улице, не задумываясь над тем, как она отреагировала на это. Он ведь знал о ее репутации скромной, тихой женщины, но вел себя как настоящий эгоист, не заботясь о том, что своим бесцеремонным поведением может скомпрометировать свою новую знакомую, привлечь внимание горожан и сделать их отношения предметом для сплетен, а это наверняка расстроит и смутит Аннабеллу. Но тем не менее Терри не собирался останавливаться на этом единственном поцелуе. Он должен заставить Аннабеллу взглянуть на свою жизнь со стороны, наполнить ее новыми красками, как это сделал для Терри его отец. Когда-нибудь Аннабелла поблагодарит его, в этом Терри не сомневался. А пока он не будет отходить от нее ни на шаг, чтобы придать ей силы и уверенности в себе.
Аннабелла вздохнула. Она почему-то выглядела грустной и озабоченной, и Терри крепче обнял ее.
— Аннабелла, — мягко сказал он. — Доверься мне, хорошо? Ты недовольна собой? Не мучайся зря, ты не совершила ничего плохого, ни одного предосудительного поступка.
— Я впервые в жизни смеялась в церкви, — расстроенно сказала она.
Терри усмехнулся.
— На это была веская причина, правда? Мы уже пришли. Пойдем и посмотрим, что мама приготовила в своей чудо-печке.
Аннабелла выдавила из себя улыбку.
— Ты, наверное, думаешь, что я веду себя как неразумный ребенок.
— Нет, ты ведешь себя как женщина, которая только сейчас обнаружила, как много от щедрот своих ей дала природа.
— Поздновато я это обнаружила, ты не находишь? — невесело усмехнулась Аннабелла.
— Нет. Для подобных вещей в жизни нет четко установленных сроков. Каждый человек живет в своем собственном ритме.
— Держу пари, твой ритм очень быстрый, и природа задала его весьма рано.
Терри засмеялся и, убрав руку с плеча Аннабеллы, распахнул перед ней двери дома. Поколебавшись мгновение, она подняла голову и пошла впереди него. Взгляд Терри скользил по ее тонкой талии, по плавному изгибу бедер, обрисовывающихся при ходьбе под струящимся материалом платья, по изящным лодыжкам стройных длинных ног.
— Истинная женщина, — пробормотал он и поспешил вслед за Аннабеллой.
К своему удивлению, Аннабелла не испытывала в этом доме смущения, расслабилась и получила огромное удовольствие от обеда. Аппетитно зажаренные цыплята с гарниром и оригинальный салат из свежих овощей были изумительными. На десерт Мэри Расселл предложила вишневый пирог и ванильное мороженое. Беседа за столом текла живо и непринужденно, и Аннабелла приятно удивилась, обнаружив, что все члены семьи Расселл обладают тонким чувством юмора и редким умением смеяться над собой.