Клерк взглянул на неё грустными уставшими от идиотов глазами.
— Обещайте, что будете пользоваться всем этим во имя добра, — сказал он.
Дагмар посмотрела на него в ответ.
— Я невинна, как шоколадный сироп, — ответила она.
Она поехала к дому Би-Джея. Раньше ей бывать здесь не доводилось, но его физический адрес был записан в контракте.
Не самый лучший район Лос-Анджелеса. Здание было небольшим, с обшарпанными стенами и покатой крышей и находились в нём всего четыре квартиры. На парковке на бетонных блоках стояли две машины. В этом районе её «Мерседес»-купе светился, как маяк.
Дагмар объехала дом и не нашла ни «Фаланкса», ни старого «Шеви». Она припарковалась за полквартала в тени раскидистых ив и перебралась на пассажирское сидение. Она где-то читала, что сидящий на пассажирском сидении человек вызывает меньше подозрения, чем тот, кто сидит за рулём.
Дагмар максимально откинула кресло, натянула шляпу на глаза и принялась ждать рёва восьмицилиндровых двигателей «Форда». Когда Би-Джей приедет и пойдёт спать, она должна будет подложить сканер под его машину, чтобы он записал сигнал, а утром, когда машина уедет, забрать его обратно.
«Фаланкс» всё не приехал. Она просидела в машине несколько часов, терпя настороженные взгляды проходящих мимо молодых парней. Они начали собираться вокруг её «Мерседеса», то ли чтобы восхититься, то ли, чтобы угнать. Когда Дагмар поднялась и потянулась за телефоном, якобы, чтобы позвонить, молодые люди вдруг смутились и быстро разошлись. Больше её никто не тревожил.
Вскоре исчезли даже группки болтающейся без дела молодёжи. Дагмар периодически осматривала окна его квартиры через бинокль. Би-Джей дома не появлялся.
Он может сидеть где угодно и собирать бомбу, подумала она. Сидеть и собирать устройство для её убийства.
Когда сквозь листву начало проглядывать встающее солнце, Дагмар вышла из машины и размяла затёкшие мышцы. Она вернулась в свой мотель, помылась и легла вздремнуть, будильник на телефоне разбудил её ровно в 7 часов.
Дагмар посмотрела на телефон и задумалась, что делать дальше. В горле стояла изжога.
Она сделала глубокий вдох и нажала кнопку быстрого набора.
Когда Би-Джей ответил, она сказала:
— Мне нужно с кем-нибудь поговорить. Давай позавтракаем.
Би-Джей прокашлялся и она поняла, что он только что проснулся.
— Дагмар? Ты как? В порядке?
— Нет. Не в порядке.
Утренние новости продолжали рассказывать об атаке на юань. Китайская валюта потеряла минимум половину своей стоимости, половина граждан страны потеряли сбережения, большинство из них и так не были богачами. Погромщики разнесли вокзал в Гуанчжоу и побили стёкла в здании Шанхайской биржи. Доллар тоже терял в стоимости и китайское правительство не скупилось на угрозы.
Она задумалась, догадался ли кто-нибудь ещё, помимо неё и Би-Джея, что атака была спровоцирована ботами?
Дагмар встретилась с Би-Джеем неподалеку от корейского квартала, в ресторанчике, который специализировался на блюдах из яиц, том самом, где они сидели накануне убийства Чарли. Би-Джей уже тогда планировал его убить, потому что появившийся днём ранее на сайте «Наша реальность» счёт на 12 миллиардов прояснил для него всё и сразу.
Дагмар пришла первой, села у стены и заказала кофе. Би-Джей прибыл через 15 минут под аккомпанемент рёва «фордовских» турбин. Он был небрит и одет в мятые джинсы и выцветшую футболку. Очевидно, костюм финансового воротилы и производство бомб плохо сочетались, подумала она.
Дагмар приложила усилие, чтобы не плеснуть кофе ему в лицо. Вместо этого, она стала и обняла его. До неё донёсся знакомый запах лавандового мыла и внутри у неё всё перевернулось.
— Что случилось? — спросил он. — Выглядишь жутко.
Она села.
— Трое моих друзей убиты. Копы ищут. Почти не сплю. А завтра ещё и обновление.
В этот раз Би-Джей вспомнил, что не должен был знать о Сийеде.
— Трое друзей? — переспросил он.
Она рассказала о Сийеде и в процессе рассказа пристально следила за выражением его лица. Его реакция казалась ей какой-то странной, жутко ненормальной. Он реагировал очень медленно, будто просчитывал каждую эмоцию. Он мог говорить, что угодно, но над ним висел здоровенный плакат с надписью «Опасный социопат» и стрелкой вниз.