— Что полиция говорит? — спросила она. — Кто это сделал и зачем?
— Полиция меня не оповещает, — ответил Чарли. — Но я слышал, как кто-то говорил Мёрдоку, что звонок поступил к ним слишком поздно, чтобы они могли запустить беспилотник и отследить мотоциклиста. Так что, никто не знает ни кто он, ни куда уехал. Мы просмотрели записи с камер наблюдения. Та, что на входе не записала ничего, а на ту, что на парковке попал лишь верх шлема водителя. Короче, копам нихуя не повезло.
Чарли поднял руку, помахал ей и опустил обратно. Дагмар посмотрела на своего ссутулившегося друга.
— Тебе кофе принести? — спросила она.
— Я пил один кофе последние 12 часов, — отмахнулся Чарли. — А на еду я сейчас даже смотреть не могу. Не то, чтобы меня от неё блевать тянет… просто не хочется.
— Ага, — согласилась Дагмар. — Я тебя понимаю.
Она тоже держалась на одном кофе, пила его литрами, а единственное, что она съела, был кусок чёрствого тоста, которым она заела таблетки. В отличие от Чарли, предыдущую ночь она провела дома, но почти не спала. Каждый раз, закрывая глаза, она видела лежащего на парковке Остина, лужу крови, растекавшуюся из-под него, его открытый словно от удивления рот, кепку «Yankees», слетевшую с головы и откатившуюся к руке.
«Тебе не кажется, что у тебя посттравматический стресс?» — спросил он.
Тогда она отшутилась, но сейчас считала совершенно иначе. Находясь в Индонезии, она стала свидетелем ужасных вещей, но утешала себя возможностью вскоре вернуться домой и следить за происходящим с безопасного расстояния.
Сейчас до произошедшего можно было буквально дотянуться рукой.
— Мёрдок спросил у меня, были ли у Остина какие-либо враги, — заговорила Дагмар. — А когда я сказала, что не было, он мне не поверил.
— Да? — отозвался Чарли и дёрнул плечами. — А меня спрашивали, были ли у него связи с оргпреступностью.
Дагмар охватило отвращение к подобного рода вопросам.
— Господи, какой бред, — сказала она.
Чарли раздражённо посмотрел на неё.
— Стреляли с хода, — сказал он. — Определенно, заказное убийство. Мёрдок задавал вполне очевидные вопросы.
Дагмар почувствовала, как теряет равновесие. Остин не был каким-то бандитом или наркоторговцем, не имел он дела с такими людьми. Любое расследование в данном направлении никуда не приведёт, это лишь пустая трата времени, которое можно было бы потратить на поиски убийцы.
— Если это был наёмник, — сказала Дагмар, — он убил не того.
В голове промелькнула мысль, которую её вялый разум не успел ухватить.
— Слушай, у нас проблема, — сказала она.
Чарли снова посмотрел на Пинки и Брейна, затем закрыл глаза.
— Да, ну? Важная?
— Боюсь, что да. — Она собралась с силами и продолжила: — Запись убийства появилась на «Video Us» вместе с фотографиями стрелка. Снимки были сделаны на телескопический объектив с расстояния… не знаю, через дорогу, наверное.
Чарли уставился на неё широко открытыми глазами.
— Полиция в курсе?
— Я позвонила Мёрдоку и скинула ему линк на пост. Нужно было рассказать ему об игре, но я не была уверена, что он поймёт.
— Если он его поймает, плевать, что он там понимает, — ответил на это Чарли. — Кто снимал?
— Новый игрок под ником Консуэло. Но мне кажется, это один из виртуалов чувака, прячущегося под никами Гермес или Джо Клевер — нашего «крота».
— Господи. — Чарли потянулся в кресле. — Наконец-то, хоть один из этих засранцев сделал хоть что-то полезное.
— Это означает, что нас преследует кто-то очень серьёзный.
Чарли махнул рукой.
— Да какая разница? Нас будто и раньше не преследовали?
— Только не наёмные убийцы, — сказала Дагмар. — Если мы посмотрим в зеркало заднего вида, кого мы там увидим — Джо Клевера или человека с оружием?
Чарли посмотрел на неё.
— Цели здесь — не мы, — сказал он.
— Сумасшедших полно, — не сдавалась Дагмар. — Среди тех, с кем мы работаем или играем, нет типичных представителей американского среднего класса. — Она хлопнула ладонью по ручке кресла. — Господи, кто-то убил Остина!
— Верно. Блин. Чёрт, — смутился Чарли. — Считаешь, нужно предупредить работников?
— Они могут слишком остро отреагировать. — Дагмар задумалась. — Но если никого не предупредить и кто-нибудь после этого пострадает, ответственность ляжет на тебя.
— Хорошо. Вернется Карен, скажу ей, чтобы разослала всем письма.
— Есть ещё одна проблема, — сказала Дагмар.
— Она может подождать?
— Нет. — Дагмар смутилась. Ей не хотелось признавать очевидное.
— Сайт «Video Us», — сказала она. — У ролика уже под полмиллиона просмотров.
Губы Чарли искривились.
— Больные уёбки, — выплюнул он.
— Нет, — возразила Дагмар. — Сбитые с толку уёбки. Эта Консуэло запостила линк на видео только на сайте «Наша реальность» и нигде больше. Никто не знает, реальное ли это видео или игровая постановка. Посетители сайта беспрерывно его обсуждают с восьми вечера вчерашнего дня и останавливаться не собираются.
— Господи. — Чарли протёр глаза.
— Поднялся шум, — сказала она. — Новость распространилась за пределы обычных каналов. Нам, конечно, важен шум, но не такой.
— На хер шум, — бросил Чарли. — Ты же подписана на их новости?
— Да. На одном из телефонов.
Гнев звучал в голосе Чарли, пылал в его глазах. Он постучал пальцем по ламинированному покрытию стола.
— Выйди в сеть, — сказал он. — Зайди под своим именем и скажи им, что смерть Остина — это не часть игры, а настоящая трагедия. И пусть они заткнутся нахуй. Ясно?
— Ясно. Только может быть уже слишком поздно.
— Что слишком поздно?
Дагмар увидела ярость в глазах Чарли и решила не отвечать.
— Неважно. — Она встала. — Я запощу объявление.
В голове у неё всё ещё звучали невысказанные возражения, которые, впрочем, не были никак связаны с гибелью Остина.
Придётся иметь дело с игрой.
Когда Консуэло загрузила видео и дала на него ссылку в «Нашей реальности», форма игры изменилась. Все силы игроков начали уходить в другом направлении.
Игры альтернативной реальности работали в плотной сцепке с геймерами. Ведя предыдущие игры, Дагмар приходилось порой менять сценарии, когда игроки уходили по другому пути.
ЭНИ — это не игра. В игру можно было играть лишь, когда и игроки и кукловоды действовали так, будто всё по-настоящему. Когда Дагмар, будучи ведущей, обращалась к игрокам напрямую, иллюзия разрушалась, ломалась «четвёртая стена», как если бы актёр театра вдруг начал общаться прямо со зрителями.
Если Дагмар объявит о том, что убийство Остина случилось на самом деле, вся энергия игроков, вызванная видеозаписью Консуэло, мгновенно иссякнет.
Дагмар старалась заботиться о своих творениях, старалась оставаться честной, следовать внутренним чувствам. Ей хотелось, чтобы игры выглядели логичными, их внутреннее содержание богатым. Она не возражала против изменений по ходу игры, если те вели к лучшему результату, но спонтанные перемены сводили её с ума. А перемены, которые уничтожали с таким трудом созданную иллюзию, она просто ненавидела.